Читаем полностью

Речь пойдет о парных танцах, которые исполняются на дискотеках. Вряд ли нормальный христианин будет в них участвовать. По одной простой причине: очень уж трудно, практически невозможно на современных дискотеках избежать вышеуказанных оговорок. Современная танцплощадка, танцпол ночных клубов как раз и созданы для реализации похотливых желаний. Верно пела дискотека «Авария», что танцы, это только лишь предлог. Вовсе не танец и не получение радости от движения привлекают в ночные клубы молодежь. К сожалению, в подобных заведениях танец служит лишь прелюдией — предлогом к разврату, наркомании и пьянству. Поэтому христианам, особенно молодым, можно пожелать только держаться подальше от мира и не участвовать в делах тьмы!

Я бы так же порекомендовал братьям и сестрам не злоупотреблять христианской свободой и не участвовать в парных танцах на виду у христиан с другим воспитанием или с низким духовным уровнем. К чему вводить в соблазн брата, который с детства привык видеть эротику в простом объятии между братом и сестрой? Ведь отменили же потихоньку у нас в собраниях поцелуи братьев с братьями. Ибо это шокирует людей, пришедших из мира. Не будем же шокировать наших чудесных братьев и сестер, которым родители с детства не привили уважение к культуре танца.

Теперь самое время перейти ко второму виду танца:

Танец, как экстатический способ выражения эмоций

К сожалению, из-за эмоциональных перегибов христиан «второй и третьей волны Святого Духа», в братстве евангельских христиан маятник эмоций качнулся в прямо противоположную сторону. Любое видимое проявление эмоций стало считаться грехом (исключение сделали, пожалуй, только для слез). «Безэмоциональность» современных баптистов уже стала притчей во языцех. Некто, наблюдая со стороны, даже сравнил иных наших проповедников с пингвинами. Однако, должны ли мы удерживать маятник наших эмоций в таком крайнем положении? Дело потихоньку двигается с мертвой точки. Я, например, был приятно удивлен, услышав, как Ю. К. Сипко [в 2002-2010 г.г. председатель Российского Союза ЕХБ - прим. ред.] в проповеди утверждал, что мы часто учим своих детей лицемерию. Ибо в воскресной школе они и хлопают в ладоши, и прыгают, и играют в подвижные игры. Но когда они становятся чуть взрослее, им вдруг объявляют, что это грех.

Должны ли мы подавлять не греховные эмоции, идущие от сердца? Должны ли мы изъять из нашего лексикона выражение «плясать от радости»? Должны ли мы одергивать своих детей, когда они под ритмичную музыку начинают пританцовывать?

Начнем с того, что выражать свои эмоции при помощи различных телодвижений — это свойство любого человека. Ведь именно это делают даже бабушки, кивая головой в знак одобрения проповедника. Ведь именно это делают даже некоторые старшие пресвитеры, качая ногой в такт даже самому духовному хоровому песнопению «Чудный чертог…». А ведь это уже танец в миниатюре, ибо эмоции выражаются при помощи движения. Так где же грань за которой такие движения превращаются в нечто недопустимое? Почему, сидя на стуле, постукивать одной ногой в такт музыке это нормально, а постукивать двумя ногами в такт той же музыке, стоя на полу — уже грех?

Почему наши баптистские наставники учат своих молодых братьев и сестер лицемерить? Не замечать или перетолковывать на свой лад библейские повествования о хороводах Мариами, плясках Давида, пляске исцеленного хромого из Деяний 3:8, прямом повелении славить Бога с танцами в Пс. 150:4? Почему мы должны притвориться, что христианской культуре чуждо выражение эмоций счастья и радости при помощи танца?

Ведь Библия и история тут же восстают против нас.

Библия призывает нас в прославлении Бога прислушиваться к своему сердцу и в общении с Богом руководствоваться своим эмоциональным состоянием.

Славлю [Тебя], Господи, всем сердцем [моим]…

(Псалтирь 110:1).

Злостраждет ли кто из вас, пусть молится. Весел ли кто, пусть поет псалмы.

(Иак.5:13)

Псалмы тут имеются ввиду веселые, те самые, что призывают танцевать даже в собрании святых:

Пойте Господу песнь новую; хвала Ему в собрании святых. Да веселится Израиль о Создателе своем; сыны Сиона да радуются о Царе своем. да хвалят имя Его с ликами, на тимпане и гуслях да поют Ему,

(Пс.149:1–3)

В. Даль определяет слово «лик» как хоровод…

Еврейское слово, которое в синодальном тексте переводится как «лик», на самом деле означает танец…

Библия неоднократно описывает танец, как выражение радости:

время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать

(Еккл.3:4)
Перейти на страницу:

Похожие книги

Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)

В сборник избранных работ известного французского литературоведа и семиолога Р.Барта вошли статьи и эссе, отражающие разные периоды его научной деятельности. Исследования Р.Барта - главы французской "новой критики", разрабатывавшего наряду с Кл.Леви-Строссом, Ж.Лаканом, М.Фуко и др. структуралистскую методологию в гуманитарных науках, посвящены проблемам семиотики культуры и литературы. Среди культурологических работ Р.Барта читатель найдет впервые публикуемые в русском переводе "Мифологии", "Смерть автора", "Удовольствие от текста", "Война языков", "О Расине" и др.  Книга предназначена для семиологов, литературоведов, лингвистов, философов, историков, искусствоведов, а также всех интересующихся проблемами теории культуры.

Ролан Барт

Культурология / Литературоведение / Философия / Образование и наука
И время и место: Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата
И время и место: Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата

Историко-филологический сборник «И время и место» выходит в свет к шестидесятилетию профессора Калифорнийского университета (Лос-Анджелес) Александра Львовича Осповата. Статьи друзей, коллег и учеников юбиляра посвящены научным сюжетам, вдохновенно и конструктивно разрабатываемым А.Л. Осповатом, – взаимодействию и взаимовлиянию литературы и различных «ближайших рядов» (идеология, политика, бытовое поведение, визуальные искусства, музыка и др.), диалогу национальных культур, творческой истории литературных памятников, интертекстуальным связям. В аналитических и комментаторских работах исследуются прежде ускользавшие от внимания либо вызывающие споры эпизоды истории русской культуры трех столетий. Наряду с сочинениями классиков (от Феофана Прокоповича и Сумарокова до Булгакова и Пастернака) рассматриваются тексты заведомо безвестных «авторов» (письма к монарху, городской песенный фольклор). В ряде работ речь идет о неизменных героях-спутниках юбиляра – Пушкине, Бестужеве (Марлинском), Чаадаеве, Тютчеве, Аполлоне Григорьеве. Книгу завершают материалы к библиографии А.Л. Осповата, позволяющие оценить масштаб его научной работы.

Сборник статей

Культурология / История / Языкознание / Образование и наука