Читаем 77 Жемчужин, сияющих на чётках Времени полностью

Весёлая стайка тёплых лучей встретила мальчугана прямо у кромки могучих деревьев и, попрощавшись, побежала догонять уходящее светило. Царь вернулся в сонное царство, которое уже успело проснуться и бросилось на его поиски, всё время повторяя об опасностях и со страхом поглядывая на дебри… Глядя на полусонных людей, мальчик подумал о том, что должен цвести, как цветок лотоса, посреди затхлых вод, чтобы стать таким, как его спаситель-невидимка, давший ему Урок Воли.

18. Урок Чистоты

Белёсый туман, охвативший своими крыльями маленький приморский городок, стал тихо таять, отступая к морю. Один за другим обнажались дома, в которых загорался свет. Было ещё рано, но людей ждали тысячи повседневных дел, и, чтобы успеть всё сделать до вечера, приходилось вставать ни свет ни заря. В квартире было сыро и холодно, но надо было встать и шагнуть из уютной постели в этот неприветливый мир. Сделав первые шаги в сторону окна, проснувшаяся женщина заметила, как медленно уползает туман, оставляя после себя влажный след. Она поёжилась от охватившего её холода, быстро накинула халатик и подошла к детской кроватке, стоящей невдалеке от окна. Её маленькая дочь спала, мирно раскинув ручки и радостно улыбаясь во сне. Было очень жалко будить маленькую крошку, но надо спешить в садик, иначе можно опоздать. «Доченька… – тихо прошептала женщина, склонившись над безмятежно спавшим созданием, – пора вставать!» Она повторила это несколько раз погромче, и девочка, услышав голос матери, открыла глазки. «А папа ещё не пришел?» – первым делом спросила крошка. «Нет ещё… – задумчиво произнесла мать, – но он обязательно скоро придёт». Женщина не понимала, отчего она изо дня в день повторяла одну и ту же ложь, ведь она прекрасно знала, что папа никогда не придёт к девочке. Но она не хотела лишать своего ребёнка надежды увидеть отца. Быстро одевшись, одев малютку, она выбежала с ней на руках из подъезда и, сев в подоспевший автобус, привезла её в сад. Наскоро раздев дочку, женщина подтолкнула её в сторону группы, где весело щебетали дети, и хотела уже бежать на работу. Но вопрос ребёнка, брошенный вслед, остановил её прямо у дверей: «Мама! А если папа придёт, он заберёт меня пораньше?» – «Да, конечно… – прошептала женщина, – если придёт…» Она невольно покраснела, вынужденная опять повторить ложь, и, опустив голову, вышла за дверь, шагнув на улицу, над которой всё ещё висел белёсый туман.

До работы было совсем недалеко, но женщина всегда старалась растянуть этот путь и как можно дальше оттянуть свою встречу с сослуживцами. Она заметила, что с тех пор, как у неё родилась дочь, отношение к ней несколько изменилось. Конечно, явно оно не выражалось ни в чём конкретном, но было что-то неуловимое в их отношении. Они старались показать, что, в общем-то, ничего предосудительного не произошло. Тем не менее, она почувствовала себя в какой-то невидимой изоляции. День шёл за днём, и она всё дальше отдалялась от тех людей, которые когда-то были достаточно близки с ней. Молодая женщина всё больше замыкалась в своём внутреннем мире, где было только два человека: она и её дочь. Им было тепло и хорошо в собственном маленьком мирке… Но вот дочь стала ходить в садик, и всё настойчивее появляется у малышки один и тот же вопрос: «Где мой папа?!» Но, к сожалению, ответа на него она дать не могла… Приходилось лгать, и от этого становилось ещё больней. Трудно было сказать, сколько ещё сможет продолжаться эта ложь. Стало ясно одно, что дальше так быть не должно. Но как же оборвать этот хрупкий росточек надежды в маленьком детском сердечке? Это был вопрос из вопросов, который она задавала себе постоянно. В последнее время женщина стала подумывать о том, что, возможно, встретит ещё хорошего человека, который сможет стать прекрасным отцом её дочери. И та сможет с гордостью объявить в садике, что её папа вернулся… Но тут же отбросила прочь эту вновь появившуюся мысль, она поняла, что хватается за неё, как утопающий за соломинку. Всё это абсурдно и нереально, ибо в её сердце жил другой… Тот, который был отцом девочки, но, к несчастью, не стал папой… А вот и здание, в котором опять предстоит, как обычно, начать свой рабочий день.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Воспитание дикости. Как животные создают свою культуру, растят потомство, учат и учатся
Воспитание дикости. Как животные создают свою культуру, растят потомство, учат и учатся

Многие полагают, что культура – это исключительно человеческое явление. Но эта книга рассказывает о культурах, носители которых не являются людьми: это дикие животные, населяющие девственные районы нашей планеты. Карл Сафина доказывает, что кашалоты, попугаи ара или шимпанзе тоже способны осознавать себя как часть сообщества, которое живет своим особым укладом и имеет свои традиции.Сафина доказывает, что и для животных, и для людей культура – это ответ на вечный вопрос: «Кто такие мы?» Культура заставляет отдельных представителей вида почувствовать себя группой. Но культурные группы нередко склонны избегать одна другую, а то и враждовать. Демонстрируя, что эта тенденция одинаково характерна для самых разных животных, Сафина объясняет, почему нам, людям, никак не удается изжить межкультурные конфликты, даже несмотря на то, что различия между нами зачастую не имеют существенной объективной основы.

Карл Сафина

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука
Категорический императив и всеобщая мировая ирония
Категорический императив и всеобщая мировая ирония

Иммануил Кант (1724–1804) оказал огромное влияние на развитие классической философии. В своих трудах он затронул самые важные вопросы мироздания и человеческого общества, ввел многие основополагающие понятия, в том числе «категорический императив». По мнению Канта, категорический императив – это главные правила, которыми должны руководствоваться как отдельные личности, так и общество в целом, и никакие внешние воздействия, так называемые «объективные причины» не должны мешать выполнению этих правил.Георг Гегель (1770–1831) один из создателей немецкой классической философии. Самое важное понятие в философской системе Гегеля – законы диалектики, согласно которым всё в мире и обществе постоянно переходит из одних форм в другие, и то что сегодня кажется вечным, завтра рассыпается в прах. В этом заключается «всеобщая мировая ирония», по определению Гегеля.В книге собраны наиболее значительные произведения Канта и Гегеля, посвященные данной теме.

Георг Вильгельм Фридрих Гегель , Иммануил Кант

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука