Читаем Алгорифма полностью

В час, скудный светом грех, тот что на прагеЛежит, есть претыканий всем податель.Кто скажет нам, что чувствовал Создатель,Взирая на раввина, что из Праги?

ДРУГОЙ

В первом из своих — строка не хила! —Бронзовых гекзаметров, взываетК пылкой музе грек: свет одеваетВ пурпур, а потом — про гнев Ахилла.Ведал он, что Некто освещаетИщущим лучом души потёмки.Веет там, где хочет чадо тёмки,И что осенит, то освящает.Если ты предызбран, испытаетКаждого особо грозный Некто:Мильтона — стен мраком (вот он мне кто),Ссылкою Сервантес прирастает.Что Его — металл, и букв есть память.Наше же, как шлак, будет стопа мять.

ЗЕРКАЛУ

Что, зеркало, опять подстерегаешь?Зачем двойник таинственный мне вторитИ вновь навстречу путь во мраке торит,А ты ему явиться помогаешь?Что, снова меня взглядом постигаешь,Который вопросительно риторит:«Тот ли ты Борхес, бойко тараторитКоторый так?» Умолкнуть предлагаешь?В углах уж амальгамою облезно,А всё число предметов умножаешь.Я знаю, что меня ты отражаешьКак прежде, и слепым быть бесполезно.Когда умру, копировать ты будешьДругих и быстро Борхеса забудешь.

ЗЕРКАЛО

С детства я зеркал боялся, веря,Что лицо чужое вдруг покажетИли же, бездушное, накажетМаской мертвеца с печатью зверяНа челе, публично достоверяТо, о чём не каждый и расскажет,Смелости набравшись, чем докажет,Что у ада есть как бы предверя.А ещё боялся я, что времяПотечёт в обратном направленьеИ пространства будет искривленье —Не гляди в зерцальное смотремя!Видит Бог и видят теперь людиТо, что не смешно в старом верблюде.

В ПАМЯТЬ АНЖЕЛИКИ

Сколько возможных вновь и вновь рожденийБог этой бедной маленькой усопшейНазначил! Здесь же сколько у особ шейСтолько химер, сказал отец дваждений.Когда умру, то прошлого не станет,А с ней ещё не ставшее погибло.Померкло для неё небоогибло,День звёздами оплакан, что настанет.Я умер, как она, для бесконечныхНесбывшихся событий, царь чей — случай.Из глубины юдольных злополучийКо Господу взываю: из венечныхВенцом дел добрых кто как Анжелика?К добру она стремилась недвулико.

КОТУ

Столь зеркала как ты не молчаливыИ не столь тайно утро приключений,Красив тигро-пантерый зверь влечений,И от любви к нему с ума сошли вы.В силу какого вышних сил декретаУму не постижимого должны мыИскать тебя ночами? А инымиДелами, воплощение секрета,Когда нам заниматься? БлагосклоненХребет твой к нашей ласке от дней давнихНастолько, что не вникнуть никогда в них —Столп нёбный ещё не был свавилонен!Из времени другого ты, из сферыЭзотеричной, сон как про новь эры.

ПЕЧАЛЬНИКУ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот , Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
The Voice Over
The Voice Over

Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. *The Voice Over* brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns... Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. The Voice Over brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns of ballads, elegies, and war songs are transposed into a new key, infused with foreign strains, and juxtaposed with unlikely neighbors. As an essayist, Stepanova engages deeply with writers who bore witness to devastation and dramatic social change, as seen in searching pieces on W. G. Sebald, Marina Tsvetaeva, and Susan Sontag. Including contributions from ten translators, The Voice Over shows English-speaking readers why Stepanova is one of Russia's most acclaimed contemporary writers. Maria Stepanova is the author of over ten poetry collections as well as three books of essays and the documentary novel In Memory of Memory. She is the recipient of several Russian and international literary awards. Irina Shevelenko is professor of Russian in the Department of German, Nordic, and Slavic at the University of Wisconsin–Madison. With translations by: Alexandra Berlina, Sasha Dugdale, Sibelan Forrester, Amelia Glaser, Zachary Murphy King, Dmitry Manin, Ainsley Morse, Eugene Ostashevsky, Andrew Reynolds, and Maria Vassileva.

Мария Михайловна Степанова

Поэзия