– Я стар, – старик еще больше пригнулся, – и мне тяжело. Я не смогу вынести много сокровищ. А ты молод, у тебя впереди вся жизнь. Ведь мне поздно жениться на Жасмин, – и Джафар вновь захохотал своим противным скрипучим смехом.
– Я не очень-то верю тебе, – сказал Алладин.
– Ну что ж, дело твое, тогда можешь остаться гнить в темнице, а я пойду.
Старик сделал несколько шагов, затем обернулся и подмигнул Алладину.
– Что ж, оставайся, завтра тебе отрубят голову.
– Нет! – воскликнул юноша. – Но ты должен мне объяснить, зачем тебе простая медная лампа, если ты можешь стать обладателем несметных сокровищ?
– А зачем мне несметные сокровища, если я стар? – возразил Джафар. – Я умру, и их растащат воры. А лампа – это память. Эта лампа принадлежала моему прапрадеду, и он, умирая, завещал ее своему праправнуку, то есть мне. И я всю жизнь искал эту лампу.
Алладин конечно же не очень-то верил старику, по слишком заманчивым было предложение выбраться на свободу и стать богатым.
– Я согласен, – сказал Алладин, – вот только незадача – как нам отсюда выбраться?
– Это не самое сложное из того, что я знаю, – сказал старик и ткнул костылем в большой камень.
Тот тут же исчез и за ним показался тускло освещенный факелами потайной ход.
– За мной, – промолвил старик и исчез в проеме.
Абу испуганно прижался к шее своего хозяина, крепко обхватив ее лапками.
Алладин, пригнувшись, нырнул в проем и двинулся следом за стариком. Когда юноша обернулся, камень был вновь на месте.
– Вот дела... – прошептал Алладин.
И тут у него над головой послышался шум крыльев. Пестрый попугай пролетел, едва не задев его крылом и опустился на плечо старику.
– Что-то здесь не так, – пробормотал Алладин, – наверное, он колдун. Но выбирать мне не приходится, он ведет меня к свободе.
Старик остановился у небольшой железной двери.
– Наш путь не близок, но мы пройдем с тобой его в одно мгновение. Закрой глаза.
Алладин послушно закрыл глаза, но даже сквозь опущенные веки увидел, как сверкнула молния, услышал громыхание грома, порыв ураганного ветра.
Абу от страха забрался за пазуху хозяину. Песок, подхваченный ветром, ударил в лицо Алладина.
«Откуда песок?» – подумал юноша.
Но тут его завертело, он почувствовал, как пол уходит у него из-под ног...
И вдруг все остановилось.
– Открой глаза, – промолвил старик, но каким- то уже немного другим, спокойным голосом.
Юноша посмотрел вокруг. Они стояли в бескрайней пустыне, лишь на самом горизонте тускло мерцали огни Багдада.
Старик достал две половинки скарабея, сложил их вместе и бросил на землю. Золотой жук тут же ожил, взлетел, немного покружился в воздухе, а затем, разделившись на две половинки, медленно опустился на гребень бархана.
Земля задрожала.
Теперь у Алладина уже не оставалось никаких сомнений в том, что старик – ужасный колдун и затеял что-то недоброе.
Глава 5а