Читаем Античные гимны полностью

Феб Ликорей, гряди, о блаженный, Пэан святочтимый[504],Мемфиса житель[505], податель богатств, златолирник, спаситель,Тития свергший[506], оратай, титан, засеватель, Пифиец,Гриней, Сминфей[507], о вещий Дельфиец, пифоноубийца,5 Бог светоносный, неистовый, отрок преславный, прекрасный,О Мусагет[508], о плясун хороводный, стрелец-дальновержец,О Дидимей, издалека разящий, о Бакхий, о Локсий[509],Делоса царь, всезрящи твои светоносные очи[510],Златокудрявый, вещатель грядущего чистых глаголов,10 Я умоляю тебя за людей, — о, внемли благосклонно!Все перед взором простерлось твоим — и эфир бесконечный,И под эфиром земля, наделенная долей счастливой,Зримы тебе и сквозь мрак звездами расцвеченной ночи,В полной тиши ее, корни земли и мира пределы,15 Сердце заботит твое и начало, и всеокончанье[511].О всецветущий, ведь ты кифарой своей полнозвучной[512]Ладишь вселенскую ось, то до верхней струны поднимаясь,То опускаясь до нижней струны, то ладом дорийским[513]Строя небесную ось, — и все, что на свете живого,20 Ладишь, гармонию влив во вселенскую участь для смертных,Поровну ты разделяешь, смешав и зиму, и лето:Верхние струны — зиме, а нижние — лету вверяя,Лад же дорийский — для сладкого цвета весны оставляешь.Вот почему у людей именуешься ты, о владыка,25 Паном, богом двурогим, вздымающим бури свирелью[514],Ведь у тебя — печать от всего, что есть в мирозданье, — Мистов мольбам, о блаженный, внемли и храни их, спасая!

XXXV. ЛЕТО (фимиам, смирна)

В пеплосе черном Лето, породившая двойню богиня!О Коантида[515], могучая духом, молимая всеми,Ты, кто Зевесово семя благим обратила потомством,Феба на свет породив с Артемидою, лучницей славной — 5 Дочь на Ортигии ты родила, а на Делосе — сына[516].Внемли, богиня-владычица, милость имея на сердце!К жертве всебожьей гряди, принося завершенье благое!

XXXVI. АРТЕМИДЕ (фимиам, манна)

Перейти на страницу:

Похожие книги

История животных
История животных

В книге, название которой заимствовано у Аристотеля, представлен оригинальный анализ фигуры животного в философской традиции. Животность и феномены, к ней приравненные или с ней соприкасающиеся (такие, например, как бедность или безумие), служат в нашей культуре своего рода двойником или негативной моделью, сравнивая себя с которой человек определяет свою природу и сущность. Перед нами опыт не столько даже философской зоологии, сколько философской антропологии, отличающейся от классических антропологических и по умолчанию антропоцентричных учений тем, что обращается не к центру, в который помещает себя человек, уверенный в собственной исключительности, но к периферии и границам человеческого. Вычитывая «звериные» истории из произведений философии (Аристотель, Декарт, Гегель, Симондон, Хайдеггер и др.) и литературы (Ф. Кафка и А. Платонов), автор исследует то, что происходит на этих границах, – превращенные формы и способы становления, возникающие в связи с определенными стратегиями знания и власти.

Аристотель , Оксана Викторовна Тимофеева

Зоология / Философия / Античная литература