Читаем Анжела полностью

– Нет, в самом деле. Пару лет назад у нее была травма головы, после чего в ее поведении появились странности. Но дело не в этом. Она позвала меня к себе перед смертью и начала рассказывать. Правда, изначально я не поверил в ее рассказ. Я же говорю, что у нее помешательство произошло. Но один найденный документ подтвердил ее слова. Так вот. Через 10 дней после нашего отъезда у нее начались схватки, и она поехала в клинику. Родив, она обнаружила, что ребенок не имеет ни капли бразильской крови. У него были типично европейские черты лица, светлая кожа и глаза…

Эдмондо усмехнулся и, взяв ручку, начал поигрывать ею пальцами.

– Теперь я понимаю, – продолжил Луиш, – что ее эйфория была вызвана не только пребыванием в твоей жаркой стране с ее неповторимой атмосферой и духом, но и романом с горячим итальянским мужчиной. Итальянки все-таки легкомысленные… –заявил он.

– Не суди всех по своей матери, – поучительно сказал Эдмондо.

Луиш слегка вздрогнул, словно очнулся от своих нелегких дум.

– Подумай, что ей было за 40, а ее любовнику лет 25, – произнес бразилец с некоторым недоумением.

– Бывает. Иногда в зрелом возрасте тянет на молодых, – насмешливо ответил Эдмондо.

Луиш неодобрительно покачал головой. Казалось, вся эта история, недавно всплывшая, все еще ошеломляла его.

– Полагаю, если бы мой отец узнал это, он убил бы и ее, и этого ребенка. Потому что помимо того, что он любил маму, как одержимый, он был к тому же известной персоной из политических кругов. И предстать перед международными коллегами с рогами на голове, думаю, он был бы не сильно рад.

– Последнее не зависит от положения в обществе, – заметил Эдмондо. – Рога для любого являются неудобным предметом.

Луиш внимательно посмотрел на него.

– Да, но если ты маленький человек, твои рога обсуждают только родственники и друзья. А если ты крутишься на международной арене, то твои рога обсуждают все, – возразил он.

Эдмондо не стал комментировать, оставшись при своем мнении.

– Угадай, что сделала моя мать? – спросил Луиш.

– Подменила детей, – пожал плечами Эдмондо, будто это было самой очевидной вещью на свете.

Луиш присвистнул от изумления.

– Вот это даааа… – восхищенно протянул он. – У тебя, правда, отличная логика.

– Это банальный сценарий, – усмехнулся Эдмондо. – Такими сюжетами изобиловала придворная жизнь королевских семей в Средние века, а теперь они плавно перекочевали в бразильские сериалы.

Луиш снова расхохотался.

– Ты, наверняка, не думал, что окажешься вовлеченным в бразильский сериал? – сквозь смех спросил он.

– Да, не думал. Это не мой жанр, – натянуто улыбнулся Эдмондо. – Итак, у тебя есть брат, с которым ты жил всю жизнь, но он тебе не родной по крови. И есть брат, наполовину родной по крови, но которого ты ни разу не видел…

– Именно так… – все еще сквозило восхищение во взгляде бразильца.

– Так наследство придется делить на троих?

– Почти. Виллу мать оставила нам на двоих с моим итальянским братом, а неродному брату оставила деньги. Но все это активируется, только если я найду этого самого брата. Она подумала, что я не стану его искать просто так, потому написала соответствующее завещание, которое хранится у местного юриста, назначенного поверенным по вопросам виллы.

– А ты бы стал его искать? – приподнял брови Эдмондо.

– Полагаешь, что если бы вся вилла переходила мне лично, я бы не пошевелил и пальцем?

– Полагаю, что мало кто стал бы шевелиться в таком случае. А что твой отец? Подделку не заметил? – полюбопытствовал Эдмондо.

– Нет.

– И завещания не видел?

– Нет. Потому что оно здесь, в Италии. Мать раскрыла эту тайну только мне. Об этом никто не знает, и она просила держать ее в секрете.

– Хм, – неопределенно хмыкнул Эдмондо. – Какие зацепки оставила твоя мать?

– Почти никаких, – ответил Луиш, вздохнув. – Проблема в том, что она не успела договорить что-то, когда у нее случился сердечный приступ. Она рассказала только, что обнаружив такое дело, попросила одно доверенное лицо в Бразилии найти подходящего мальчика для срочного усыновления. Там с этим проблем нет. А своего ребенка оставила в Италии. При этих словах она начала смеяться таким смехом, от которого у меня кровь в жилах застыла. Никогда еще я не испытывал такого ужаса. А потом сказала: «Но есть кое-что, что поможет тебе найти его…» И на этом все, – сглотнув комок в горле, резко закончил Луиш свой рассказ.

– Ты уверен, что все это не бред сумасшедшей? – спросил Эдмондо после нескольких минут размышлений.

– Она раскрыла мне код своего секретного сейфа, о существовании которого никто не знал. Там было свидетельство об усыновлении моего неродного брата в Бразилии. Я нанял там адвоката проверить подлинность этого факта. Он нашел приют, в котором было выдано это свидетельство, и поднял архив. Свидетельство подлинное.

– Хорошо, продолжай.

– Мне нечего продолжать, – пожал Луиш плечами. – Это все.

– Я просто подумал, что, может, там еще было свидетельство о рождении брата по крови.

– Нет, к сожалению, нет.

Эдмондо задумчиво потер свой подбородок, покрытый густой темной бородой.

– Насколько верна дата родов? – спросил он рассеянно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное