– И вы согласились? – спросил принц, снова поравнявшись с альбиносом. Гигант шел по тюремному коридору большими размашистыми шагами, и Крипиану приходилось напрягать все свои силы, чтобы не отставать от него. То и дело на полу встречались остатки уничтоженных пиратами роботов, еще утром охранявших эти помещения тюрьмы. Это еще больше замедляло движения отвыкшего от физических нагрузок тела принца.
– А как же! – усмехнулся гигант, через плечо посматривая на то, как спасаемый ими наследник престола Адеморанды неуклюже огибает очередные металлические останки. – Она сказала, что готова сделать что угодно, лишь бы мы помогли ей тебя освободить.
– И что вы у нее попросили взамен?
– О-о-о…, – зловеще усмехнулся Роф. – Тебе лучше не знать, малыш Норман.
Принц Крипиан резко остановился и схватил альбиноса за плечо.
– Что ты от нее потребовал?
Альбинос громко расхохотался, и его смех неприятным эхом разнесся по пустынным тюремным коридорам. Когда гигант, наконец, успокоился, он дружески положил свою огромную руку на плечо принца и сказал:
– Да расслабься ты, малыш Норман! Она – славная девчонка. Тем более мы с ней с некоторых пор, как ты помнишь, одной крови. Я согласился ей помочь просто так. Хотя у ребят и были весьма недурные варианты…
– То есть вы ее не тронули? – не мог угомониться принц.
– Она в целости и сохранности, – вмешался смуглокожий Шип, которому очевидно не нравилось то, что они находятся в тюрьме слишком уж долго. – Была по крайней мере, когда пошла к твоей мамаше.
– Что? – теперь изумленное лицо принца повернулось к нему. – Она здесь?
– Ну да, – подтвердил альбинос. – Она – наш отвлекающий маневр, так сказать, но сейчас совершенно некогда это обсуждать. Шевелись, малыш Норман, если хочешь избежать своей гильотины и не утащить нас всех за собой.
Принц двинулся к выходу, но не собирался прекращать расспросов:
– И все же? Почему она – отвлекающий маневр?
– Ну, ты же помнишь, – не хотя, но все же ответил Роф, – что Адеморанда полностью окружена защитным полем. Ворота в нем открывают только по соответствующему разрешению, да еще и досматривают по пути. Мы б не смогли попасть на планету незамеченными, даже если б нас провозили контрабандой, а попасть сюда надо было. Твоя подружка и тот парень – Генри, кажется – они, конечно, чокнутые слегка… Но они сами вызвались взять на себя отвлекающую функцию. Они прилетели сюда под видом дипломатической миссии. Он – в качестве пилота. Она – как, собственно, дипломат. Они запросили открыть ворота защитного поля, сообщили о своих планах. Их пропустили и самым тщательным образом досмотрели, но не нашли ничего. Потому что все это время мы летели в их тени на корабле того чокнутого изобретателя. Не зря я тогда у вас его выменял! Ой, не зря! Я сомневался сначала, но ни один датчик, ни один контрольный пост, никто и ничего его не заметил. Поразительно! Он сейчас стоит прямо за кораблем наших «парламентеров», и никто о нем даже не подозревает.
– Но зачем Вера пошла к королеве? – спросил принц. – Можно же было придумать какой-нибудь более безопасный повод для ее прибытия сюда?
– Можно, наверное, но она настояла на этом варианте. Сейчас твоя подружка тянет для нас всех время и пытается вымолить помилование для тебя лично.
– А ты, между прочим, очень медленно шевелишь конечностями и только болтаешь, – негодующе добавил Шип.
– Мы должны идти за ней, – сказал Крипиан, обращаясь к Рофу и не обращая никакого внимания на замечание смуглокожего пирата. – Очень скоро станет известно о том, что произошло здесь. Я прекрасно знаю королеву, Вера может оказаться в опасности.
– Не-не-не, – отрицательно покачал своей громадной головой альбинос. – Мы должны бегом дуть на корабль. Чем скорее и незаметнее мы проберемся туда, тем лучше. Так сказала она сама, и лично я не хочу ее ослушаться.
– А как же Вера? – не согласился принц. – Кто ее защитит?
– Ой, не смеши меня, – хрипло усмехнулся смуглокожий пират. – Твоя подружка сама прекрасно о себе позаботится.
В этот момент они уже были у самого выхода из тюрьмы, где находились помещения, в которых обычно размещались служащие и охрана. Принц почувствовал терпкий запах недавно пролившейся крови, но рассуждать о морали времени у него не оказалось. В этот же момент открылись двери тюрьмы и внутрь ворвался небольшой отряд местной полиции – первые, кто получил сигнал тревоги. Их было не более двадцати. Не церемонясь и не предупреждая, полицейские начали стрелять. Пираты, которых было в два раза меньше, спешно укрывшись за валявшейся в хаосе мебелью, стали вести ответный огонь
– На-ка, держи, – Роф вложил в руку принца один из своих бластеров. – Помни, что бы не случилось, мы должны оказаться на корабле к тому моменту, когда звездолет наших парламентеров начнет взлетать.