Читаем Авдотья Рязаночка полностью

Из шатра выходит хан. Он еще молод. Лицо у него высокомерное и неподвижное. Волосы зачесаны за оба уха, в одном ухе золотое кольцо с крупным осьмиугольным камнем. Он в шелковом кафтане, в красных сапогах. На золотом, усыпанном дорогими камнями поясе висит черный витой, оправленный в золото рог. На голове — колпак, опушенный мехом. При появлении хана все низко склоняются. Он садится среди подушек и несколько мгновений пристально смотрит на Авдотью, потом что-то тихо и коротко говорит Бечаку.


Бечак. Говори хану, откуда пришла. С кем пришла?

Авдотья. Одна пришла. Из Рязани.

Актай. Нет теперь Рязани. Погорела твоя Рязань.

Авдотья. Земля рязанская есть. Оттуда и иду.

Актай. Неверно говоришь. Как такую дорогу одна прошла? Мужчина на коне не проедет.

Бечак. Худая дорога! Здесь лес, там река, тут звери злые… Обманываешь, баба!

Авдотья. На что мне вас обманывать? Свою ношу несешь, так и дорогу найдешь. Мелкие речки бродом брела, глубокие реки пльгоом плыла, зверя лесного о полден обходила — об эту пору всякий зверь спит.


Все молча смотрят на Авдотью.


Старуха(тихо молодой женщине).Правду говорит. Смотри: одёжу совсем сносила, обутки совсем стоптала… Бечак. Показывай выкуп!


Авдотья подает свой ларец Бечаку. Бечак с поклоном ставит его перед ханом. Хан едва бросает взгляд на цветные камни и небрежно отодвигает ларец.


Актай. Худой выкуп. Назад в Рязань неси!

Авдотья. Как же так? Да ты хоть погляди!.. Неужто ж моему добру никакой цены нет? (Наугад вытаскивает из ларца ожерелье.)

Молодая татарка(жадно поглядывая на цветные камни).Ай, жалко! Хорошо блестит!

Хан(чуть улыбнувшись, Актаю).Пускай Тайдула себе берет. Весь сундук. Ей дарю.


Женщина кланяется до земли.


(Не глядя на нее, хан дает знак Актаю).Одного отпусти.

Авдотья. У меня не один тут в степи. Мне больше надо!

Актай. Больше надо — больше выкуп неси.

Авдотья. Принесла. (Вынимает из сумки две опушенные мехом парчовые шапки с цветными пряжками.)Вот, глядите!

Молодая татарка.Колпаки принесла!

Старуха. Наши, татарские!.. Как у царевичей были…

Хан(Актаю).Дай сюда!


Актай берет у Авдотьи шапки и подает хану. Все трое — хан, Еечак и Актай — разглядывают их.


Откуда взяла?

Актай. Говори, откуда взяла?

Бечак. Где достала?

Авдотья. Отпустите мою родню, — я вам скажу, где достала.

Хан(приподымаясь).С мертвых или с живых шапки?

Авдотья. С живых, коли мои живы будут.

Старуха(молодой женщине).Ай-ай! Так и есть, царевичей это шапки!

Молодая татарка.Гляди, хан белей снега стал.

Хан(встает).На коней садитесь! Ее на седло берите! Не покажет дорогу — башка долой!

Авдотья. Зверей в лесу не побоялась — вас не испугаюсь. Не покажу дорогу, покуль жива. А мертвой не прикажешь.

Хан. В огне сгоришь!

Авдотья. Одной душой на том свете больше будет. Мать моя в огне сгорела. Рязань сгорела.

Хан. Конями растоптать прикажу!

Авдотья. Вся наша земля вашими конями потоптана.


Все на минуту замолкают.


Бечак(осторожно).Позволь, хан, слово вымолвить.

Хан. Говори!

Бечак. Выкупить наших царевичей надо, хан! Балай-баатура и Алгуй-баатура… Надо выкупить! Силой не возьмешь. Кремень-баба! Такую дорогу одна прошла! Окаменело в ней сердце.

Хан(садясь).Пусть говорит волчица. Чего ей надо? Чего хочет?

Бечак. Кого выкупать будешь?

Авдотья. Братьев своих.

Актай. Сколько голов?

Авдотья. Всю мою родню — за всю ханскую!

Актай. Говори: сколько твоей родни?

Авдотья. Было трое…

Хан. Все сказала, женщина?

Авдотья. Кажись, все.

Хан. Теперь я свое ханское слово скажу. Пусть будет, как она говорит. Гони сюда рязанский полон, Актай! Пускай ищет.

Бечак. Много людей, милостивый хан, — долго искать. До ночи сидеть будем…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ликвидаторы
Ликвидаторы

Сергей Воронин, студент колледжа технологий освоения новых планет, попал в безвыходную ситуацию: зверски убиты четверо его друзей, единственным подозреваемым оказался именно он, а по его следам идут безжалостные убийцы. Единственный шанс спастись – это завербоваться в военизированную команду «чистильщиков», которая имеет иммунитет от любых законов и защищает своих членов от любых преследований. Взамен завербованный подписывает контракт на службу в преисподней…«Я стреляю, значит, я живу!» – это стало девизом его подразделения в смертоносных джунглях первобытного мира, где «чистильщики» ведут непрекращающуюся схватку с невероятно агрессивной природой за собственную жизнь и будущее планетной колонии. Если Сергей сумеет выжить в этом зеленом аду, у него появится шанс раскрыть тайну гибели друзей и наказать виновных.

Александр Анатольевич Волков , Виталий Романов , Дональд Гамильтон , Павел Николаевич Корнев , Терри Доулинг

Фантастика / Шпионский детектив / Драматургия / Боевая фантастика / Детективная фантастика
Апостолы
Апостолы

Апостолом быть трудно. Особенно во время второго пришествия Христа, который на этот раз, как и обещал, принес людям не мир, но меч.Пылают города и нивы. Армия Господа Эммануила покоряет государства и материки, при помощи танков и божественных чудес создавая глобальную светлую империю и беспощадно подавляя всякое сопротивление. Важную роль в грядущем торжестве истины играют сподвижники Господа, апостолы, в число которых входит русский программист Петр Болотов. Они все время на острие атаки, они ходят по лезвию бритвы, выполняя опасные задания в тылу врага, зачастую они смертельно рискуют — но самое страшное в их жизни не это, а мучительные сомнения в том, что их Учитель действительно тот, за кого выдает себя…

Дмитрий Валентинович Агалаков , Иван Мышьев , Наталья Львовна Точильникова

Драматургия / Мистика / Зарубежная драматургия / Историческая литература / Документальное
Забытые пьесы 1920-1930-х годов
Забытые пьесы 1920-1930-х годов

Сборник продолжает проект, начатый монографией В. Гудковой «Рождение советских сюжетов: типология отечественной драмы 1920–1930-х годов» (НЛО, 2008). Избраны драматические тексты, тематический и проблемный репертуар которых, с точки зрения составителя, наиболее репрезентативен для представления об историко-культурной и художественной ситуации упомянутого десятилетия. В пьесах запечатлены сломы ценностных ориентиров российского общества, приводящие к небывалым прежде коллизиям, новым сюжетам и новым героям. Часть пьес печатается впервые, часть пьес, изданных в 1920-е годы малым тиражом, републикуется. Сборник предваряет вступительная статья, рисующая положение дел в отечественной драматургии 1920–1930-х годов. Книга снабжена историко-реальным комментарием, а также содержит информацию об истории создания пьес, их редакциях и вариантах, первых театральных постановках и отзывах критиков, сведения о биографиях авторов.

Александр Данилович Поповский , Александр Иванович Завалишин , Василий Васильевич Шкваркин , Виолетта Владимировна Гудкова , Татьяна Александровна Майская

Драматургия