Читаем Азбука жизни полностью

За столом Вы отдаете предпочтение количеству, а не качеству.

А я-то считала себя гурманкой и малоежкой. Ладно, читаем дальше.

У Вас имеются интроспективные наклонности.

Что бы это могло быть?

У Вас сильная страсть к гигиене и чистоте.

Да! Да! Я покажу эту золотую бумажку маме: не ругай же меня больше никогда, мама, за немытую посуду.

Следовал также малопонятный график, где моя работа была оценена в четыре звездочки, фортуна — в шесть звездочек, здоровье — тоже в шесть, секс — в три, а показатель «лбюовь» — в целых девять, что являлось максимальной отметкой. Я задумалась было о странностях «лбюови», или просто «льбюви», а также фортуны, но обнаружила, что не до конца дочитала собственно предсказание.

Имелось еще два пункта.

Вы постоянно склонны к измене в семейной жизни.

Имеются предпосылки для вступления в брак.

Очень трогательно. Особенно если учесть, что я последний (последний! клянусь, любимый! последний) раз вышла замуж два месяца назад, и муж мой стоял тут же рядом, и прекрасно умеет читать по-русски. Он посмотрел на меня, и в глазах его был вопрос.

Я постаралась представить все это дело шуткой. Таким ярмарочным развлечением, вроде взвешивания на весах и стрельбы по шарам. Я уговорила погадать и его.

— А ты меня не бросишь, когда я останусь одноруким инвалидом?

(На аппарате было написано, что, согласно римской легенде, человек с неискренними намерениями, гадающий без веры и надежды, рискует оставить левую руку в пасти льва навсегда.)

Я не успела как следует испугаться, как лев благополучно выплюнул новую бумажку. Уста правды сказали намж, то есть емуж, что он обладает мистическими способностями и хорошей интуицией, однако ему очень трудно применять конструктивность. Кроме того, "иногда Вы слишком с легкостью соглашаетесь со жгучей любовью и насилием в интимных отношениях".

Однако "Вы хорошо выносите физические нагрузки и сами можете вполне справляться с небольшими болезнями".

При всем при этом: показатель здоровья всего три звездочки. Показатель работы — шесть звездочек, фортуны — тоже шесть, секса — семь. Лбюовь — пять звездочек, как «Хилтон».

И — зловещее: "Вы будете вынуждены изменить вашу судьбу, что может привести вас к большим трудностям".

— Буду вынужден тебя убить. Оставить детей сиротами и сесть в тюрьму.

Вроде бы он пошутил.

Однако же — пошутил как-то невесело. А главное, потом, уже дома, стал как-то мрачен. Как-то по-нехорошему задумчив.

Он вдруг стал расспрашивать, с кем это я завтра собралась идти в бассейн. И сказал, что тоже пойдет, хотя раньше не собирался.

Я была не против — вместе так вместе. Наоборот, веселее. Но — он трижды спросил, кто мне звонил. Поинтересовался, откуда я знаю студента консерватории, который учит Митю на балалайке. И — не успела я раскрыть рта, обвинил меня в преувеличенной, якобы, нежности к нашему хомяку.

— "Ах, хомочка, ах, маленький зверек!" Прихожу домой, вижу: причесали его моей зубной щеткой. Никогда не прощу.

Я поняла, что еще минута и он спросит, молилась ли я на ночь.

Быстро-быстро я засунула полусонного ребенка опять в ролики и уговорила всех бежать обратно к макдональдсу. По дороге мы выпросили немножко денег у банкомата, я еще поразилась странному, роковому его сходству с электронной гадалкой — роковому сходству и роковому же отличию. Но было некогда.

Девушка с номером 850 была еще на месте.

Я быстро погадала и, не дочитывая бумажку, погадала опять. Потом еще. Меня то пугали нищей старостью, то сулили всяческое довольство, материальное благосостояние, а также, что меня даже тронуло, "личное удовлетворение". Уверяли в том, что я гармоническая личность, чтобы затем заявить: "нервная усталость и напряженность делают Вас мнительным, кажется, что Вы никогда не можете найти спокойствие". Меня объявили интровертом и объявили экстравертом. Показатель ье — дв скакал в пределах от 051 до 622. Показатель секса — от трех звездочек до девяти. Здоровья — от четырех до восьми. Лбюовь долго зависла на четырех, потом скакнула к максимуму. Тут, наконец, вышло: "Вы воздвигаете любимого человека на пьедестал и не замечаете остальных людей вокруг вас". Я подтвердила — как можно более горячо. К счастью, деньги все кончились.

— Ладно, — сказал он, — я все-таки такой отличный парень, что я тебе верю. Доверяю. А если что, — тут лицо его просветлело, как у человека, который вдруг нашел универсальный выход из ситуации, — если что, я тебя порешу, и дело с концом.

Я с радостью согласилась.

И мы скрестили руки, и сплели наши нежные, теплые пальцы, и отправились домой по нежной, осыпанной листьями улице писателя Пешкова, и теплый дождик лился на наши непокрытые головы, и нежный осенний ветерок развевал наши мягкие кудри. И прекрасная перспектива жизни развивалась перед нами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза