Между тем снежные бараны достигли гребня скалы. Постояли там. Потом снова тронулись в путь и один за другим исчезли, уходя за заснеженные зубья могучих хребтов. Наверху остался только один бочикан. На фоне серого неба его было отчетливо видно. Он долго-долго стоял, как одинокое тонкое деревце. Потом медленно двинулся вперед, понурив головку, будто грустя, что оставляет в этих краях нечто дорогое, близкое и понятное только ему…
…Снежные бараны уходили на Север. Их манили далекие скалы, куда не долетит ничто и где их никто не догонит. Поднимутся они на отвесные кручи и полюбуются красотой необъятных могучих гор, одетых в белые-белые меха. Когда нагрянет нежданно беда, их надежно укроют ледниковые ущелья.
…Уямканы уходят на Север. Он манит их, как манит усталого путника родной очаг, теплый и желанный. Пусть на заснеженных твоих кручах и суровых отрогах, мой Север, находят они опору и защиту. И пусть никогда не оскудеет их потомство, пусть радуются они утренним зорям, мирной тишине, снегу и солнцу…