Дома ко мне стучится настоящее и, замучившись вибрировать, спрашивает:
Настоящее не нашло больше, с кем провести этот вечер. И не найдет в лице меня, вот провалиться мне на этом месте.
Я:
Он:
Я:
Я сделала себе маску и смотрю на свое отражение – мне будто влепили тортом в немом кино. Отчего-то снова вспоминаю папину свадьбу, высовываю сама себе язык и радуюсь, что не поехала на гриль.
Я:
Он:
Я:
Он:
Я:
Он:
на кой ляд ему...
Я:
Может быть. А, найдет же все равно...
***
день Воссоединения – 3 октября – день воссединения ГДР и ФРГ в 1990 г., с тех пор является государственным праздником
ТУ – Технический Университет в Берлине
Йеноптик – акционерное общество Jenoptik, оптико-электронный концерн, расположенный в г. Йена, берёт своё начало от компании «Zeiss».
Карл Цейс – немецкий изобретатель в области оптики
Бланкенбург – часть района Панков в Берлине
хабилитационная – научная работа, обязательная в Германии в рамках процедуры получения высшей академической квалификации, дающей право на занятие профессорской должности в ВУЗе
Институт Бойта – бывшее название технического ВУЗа в Берлине
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ Бизнес-ланч
Рик нарыл вопросительные знаки. Соскучился, наверно.
Я:
Он:
Не хотела – сам хотел. Ну и теперь сообщила же.
Я:
Он:
Соскучился и организацию встречи берет на себя. Это удобно. Да и я соскучилась, если честно – уезжала на три дня.
Наутро даже решаю поздороваться:
Он:
Я:
Он:
Да ладно, сам-то.
В то воскресенье в
Но в то воскресенье Рик нашелся, как поступить: привел
Потом было «потом», за ним – выходной перед командировкой. Всякий раз он хотел углубить процесс узнавания друг друга, но я отмазывалась.
Теперь ему, похоже, приспичило... общаться. Поэтому он «подлавливает» меня по пути на работу, хоть и не живьем.
Я:
«окей» – ведь это слово? Он слов просит.
Он не просит, а требует:
Я:
Не переспрашивает. Скорее всего, просто явится подкарауливать меня в надежде, что мы и в этот раз друг друга не пропустим.
После нашего «рандеву» прошло четыре дня.
Я ездила на Йеноптик, в Йену. Йена – это в Тюрингии и от Берлина дальше, чем кажется. Пришлось пожить там, чтобы не убивать каждый день по четыре часа на дорогу.
Йеноптик продает один из своих старых фабричных комплексов, а наш клиент – не Франк, в кои-то веки, - надумал его купить и устроить там научно-деловой центр, часть из которого хочет арендовать Йеноптик. Я ездила с презентацией нашего проекта, заявленного на их тендере. Подрядчика по планированию научной части комплекса пришлось буквально взять с улицы, времени покопать получше не было. В общем, я сделала, что смогла, остальное покажет тендер. Хоть посмотрела Йеноптик. Так и сказала Мартину.
Ты очень сексуальная, Кати. Очень.
Фраза-слова-буквы всплывают у меня на воображаемом «жестком диске» и помимо моей воли мне становится жарко. Жара усиливается, когда зачем-то представляю, как Рик произносит это вслух и как при этом выглядит.
Сегодня он ничего такого не сказал, я даже голоса его еще не слышала. Как видно, этого не требуется: его злоебучая – иначе не назовешь – решимость, не терпящая знаков препинания, возбуждает и без того.
После этой недоделанной переписки с ним я разбухаю, между ног поламывает, воспаляет лихорадочным румянцем щеки. Губы шепчут, шевелясь беззвучно, или же голос повторяет еле слышно: «Рик... Рик... Рик...» Глаза горят голодным блеском. Ё-маё, в кого я превращаюсь?
Затем он и сказал мне свое имя - приучает, приручает... Выходит, это я дикая, не он. Меня приручать надо
Я давно уже приехала на работу. Всю дорогу скролила переписку и теперь в бешеном темпе готовлю блиц-отчет по Бланкенбургу – они получили часть оборудования и запрашивают подтверждение, чтобы начать встраивать. Ненавижу командировки – выпадаешь из нормальной работы. Все это я выполняю машинально, ошибок вроде не допускаю.