Я в Нью-Йорке, арендодатель сообщает о том, что продаёт квартиру, которую я снимаю в Екатеринбурге, и я должна съехать оттуда в течение месяца. Так вот, то переедание, которое началось в мой последний день отпуска и продлилось весь путь домой, не закончилось, когда шасси коснулись полосы в аэропорту «Кольцово», как я себе рисовала это, а стало началом 7-месячного беспробудного пищевого «запоя», во время которого покупая очередную булку, я говорила себе: «А завтра с чистого листа…», но завтра всё повторялось. Вероятно, перерывы от объедания и возвращение к
Мне нужно было съехать из арендованной квартиры, но непонятно куда и насколько, ведь я уже решила переезжать в Москву, кто мне сдаст в Екатеринбурге квартиру на месяц? Я думала, что примерно столько займет дистанционный поиск работы (ха-ха!). Мой приятель предложил мне временно пожить в комнате в коммуналке, которую он купил специально под сдачу в аренду. Комната находилась в центре Екатеринбурга, рядом с моей работой. Общий санузел, общая кухня и, по-моему, 4 или 5 изолированных комнат. Я тут же согласилась, потому что других вариантов не было. Отвезла собаку маме, перевезла в эту комнату все свои вещи и радовалась тому, что до переезда в Москву смогу подкопить деньги, поскольку траты на такое жильё были минимальными.
Я продолжала работать в футбольном клубе и параллельно искала работу в столице. Но ярче всего из того периода жизни я помню, как обреченно шла домой, заходила в «Перекресток», покупала мороженое, шоколад, булку… Дома (в коммунальный квартире) включала какой-нибудь фильм и устраивала себе временный побег от реальности, в которой я не понимала, что делать дальше. Казалось, надо просто подождать, когда само что-то начнёт происходить. Причиной ухудшения моего эмоционального состояния был ожидаемый переезд, вялая реакция на моё резюме (с учетом того, что здесь я была звездой), которое я публиковала с большими надеждами. И раздражение от любых новых заданий на своём настоящем месте работы: то есть всё, что должно было идти на развитие компании, где требовалось моё участие, я воспринимала в штыки. И в моем воображении уже рисовалась такая картина: в Москве я никому не нужна, а здесь я больше ничего не хочу. Я жила в стрессе, который все время заедала. Это продолжалось около 4 месяцев, и поскольку ничего не менялось само, то я просто написала заявление и уехала с одним чемоданом в никуда. В Москву в никуда.
В ворохе причин почему я хотела сменить место жительства, невозможно не назвать – «стыдно людям в глаза смотреть». Всё моё окружение знало меня как радикального ЗОЖ-ника. Я никогда не позволяла себе съесть мучное или сладкое в обществе (только пока никто не видит, но это мы оставим за кадром) и отчаянно пропагандировала здоровое питание. Тратила десятки тысяч рублей на витамины и БАДы с IHERB и растила свою экспертность в области нутрициологии. А тут такой баг («баг» – техническая ошибка в компьютерной программе). Я полнела на глазах и стала стесняться себя, хотела сбежать туда, где меня никто не знает. Мне было очень стыдно за своё поведение, и я продолжала с уверенностью думать, что эта проблема касается только меня. А все мои однокурсницы питаются как боженьки.
Я понимала, что в Москве меня ждет ещё больше пищевых соблазнов, но рассчитывала на следующее: изменится обстановка, ритм жизни, найду работу… в новых обстоятельствах я начну вести себя по-новому. Мне будет о чём подумать и чем заняться кроме еды. И, по моему мнению, это и было ключом к решению моих проблем с РПП.
Надо сказать, что стратегия перемены места работала первое время (пару недель). Но есть определенное мышление человека с РПП, которое, как нечищеная кастрюля из советского мультфильма про «я подарю тебе эту звезду», в любых обстоятельствах найдет тебя, даже на луне! К моменту переезда в Москву мои привычные 49-50 кг. превратились в 55. Я понимаю, что для большинства эти цифры ни о чём. Для многих – 70 кг. это предел мечтаний о стройности. Но дело совсем не в цифрах, а в том, что в определенной точке ты перестаёшь узнавать себя в зеркале, теряешь контакт с собой. Для меня эта точка уже была пройдена. И даже если я делала прическу и яркий макияж, я не могла себя узнать, всматриваясь в это чужое лицо.
Первую неделю я жила в гостинице в включенными завтраками и белыми халатами, но тревожность нарастала. Я чувствовала, что, если не сниму корону, мне крышка. 4 месяца поиска работы дистанционно уже не привели меня ни к одному обратному звонку от работодателя.