- Джентльмены! - торжественно объявил Тим, стоя в старой футболке и еще более старых трениках. Будь он в них прошлым вечером, Кайли даже не взглянула бы на него, а он даже не пытался бы объяснить, кто он такой. - Это первое заседание комитета Кубка Клары Джордан-пяти-с-тремя-четвертями-футов-ростом. Заседание созвано, чтобы зафиксировать достижение одного из участников. Которое имело место, как водится, в этой самой квартире. Прошлой ночью. И, для закрепления результата, сегодня утром.
С этими словами он обернулся к хартии и, сняв колпачок с черного маркера, медленно, аккуратно, в верхнюю строку графы, озаглавленной «ТИМ», вписал «Кайли». Каждой буквой возвращая меня ровно на неделю назад, когда впервые развернул передо мной хартию. Сначала я ощутил легкий стыд от присутствия на заседании комитета, организовавшего подобное состязание (да и от самого состязания), - ведь я потворствовал заманиванию девушки в постель лишь потому, что ее имя начиналось с подходящей буквы.
Но потом мне вспомнилась Кайли в баре прошлым вечером. Никто не заставлял ее идти к Тиму и спать с ним. Существует масса причин для того, чтобы с кем-то переспать. И у нее, очевидно, были свои, а у Тима свои. И не только буква К в начале ее имени. Я уверен, Кайли в самом деле ему понравилась.
- Неплохо провел ночку, а? - спросил я безразличным тоном, решив не выказывать своего раздражения.
- Поистине восхитительно.
- Когда в «Таймс» появится объявление о помолвке?
Он рассмеялся.
- Я могу обсудить это с ней сегодня вечером. - Что?
- Она и Викки - это ее двоюродная сестра…
- Знаю, знаю, - прервал его я, демонстрируя свою осведомленность.
Полагаю, вы сочтете мое поведение детской выходкой по отношению к Тиму - как привстать на цыпочки, чтобы сравняться с ним по росту.
- Да, - продолжил он, - сегодня вечером они снова будут в городе, а завтра Кайли вернется в Кент. Она сказала, что могла бы мне позвонить, когда они узнают свои планы. Хочешь присоединиться?
Хартия с пятью пустыми строками в моей графе и четырьмя у Тима взывала к моему бойцовскому духу. Лучший способ избавиться от расстройства, кричала она, - распрямиться и продолжать борьбу. Принять вызов. Склонить день в свою пользу. А заодно склонить и девушку, если получится.
- Да, конечно. Где встречаемся?
- Где-нибудь в Сохо? В «Слизняке и салате» на Уордор-стрит?
Мы назначили встречу на восемь.
25 апреля, воскресенье
15 ч. 50 мин.
В «Слизняке и салате» в тот вечер было битком. И это плохо - успеешь состариться, пока тебя обслужат у стойки, когда народ там сидит и стоит в три ряда. Хорошо то, что в этом заведении предлагают соблазн, пробуждая мой половой интерес (или, как выразился Тим со своей обычной деликатностью: «Будь я проклят, тут Бэйбсвилл или что?»).
- Когда появится Кайли? - спросил я.
- Она еще не звонила, - ответил он с напускным безразличием, но не удержался от взгляда на дверь.
- Ах, да.
- Держу пари, они все еще красятся. Девушки - сам знаешь, какие они.
- М-м-м. - Я позволил себе слегка улыбнуться.
Мы выпили по первому кругу, а Кайли так и не позвонила. И я не удержался:
- Очевидно, нашла что-то получше.
- Не дури, - одернул меня Тим, очевидно раздосадованный мыслью, что он, возможно, так и не сможет продемонстрировать передо мной свою победу.
- Да нет, ты прав, - спокойно проговорил я. - Что может быть лучше тебя?
Он непроизвольно сжал зубы.
- Этот раунд за тобой, Роб.
- Да, конечно, извини. - Я со смехом пошел к стойке.
Через двадцать минут даже Тим признал, что его знакомство с Кайли не возобновится. После непристойного замечания о том, что вечер от этого не много потерял, он заявил о намерении «найти другое поле для пахоты». Отсутствие Кайли, как я понял, означало, что он готов перейти к букве Л, если подвернется случай. Может, ей бы лучше было прийти.
Я пристроился к Тиму, и нам удалось начать несколько предварительных собеседований с девушками, прерванных их вернувшимися от стойки дружками.
Мне было странно снова заигрывать с девушками после столь долгого перерыва. Но когда мне удалось преодолеть тягу (существующую даже теперь) к утешительным объятиям Сары, я нашел это интересным. Забудь про успех или неудачу - сами попытки оказались лучом света во мраке последних месяцев.