Читаем Чудовище-муж и его три жены полностью

Ли Хоу ошалел от радости, когда увидел такую неземную красоту. Как говорят в подобных случаях: «Головой он затряс и хвостом завилял». Одним словом, вид он сейчас имел достаточно мерзкий. В древности существовало такое изречение: «Когда два разных предмета находятся вместе, сразу заметно, какой из них красивый, а какой – безобразный!» В этот момент рядом со своим симпатичным другом наш Лихоу выглядел безобразным чучелом, между тем, его приятель произвел на женщин самое лучшее впечатление своим приятным обликом и изысканными манерами. В общем, приятель Недоделанного приглянулся семье Хэ и в тот же вечер она дала свое согласие не брак. Лихоу без промедления отослал свои свадебные дары, и, выбрав счастливый день, отправил в дом Хэ роскошный паланкин, который должен был привезти невесту в его дом.

Как только девица Хэ переступила порог нового жилища, она сразу же увидела своего суженого, чей безобразный вид поверг девицу в ужас, из ее глаз покатились слезы, будто самые чистые жемчужины. Лихоу, заметив выражение тоски на ее лице, сильно встревожился. В его голове пронеслась мысль: «В прошлый раз я слишком потакал своей жене и вконец ее разбаловал. Она уже не знает удержу. Но еще в древности говорили: «Молодая жена, все равно что малый ребенок!» Это значит, что ни того, ни другого нельзя баловать, но когда надо, необходимо проявить свою волю. С нынешнего дня я установлю строгий порядок!» Приняв такое решение, он повелел служанке принести два свадебных бокала. Наполнив один из бокалов вином, он протянул его невесте. Девица Хэ, сцепив руки, отказалась принять свадебную чару.

– Почему ты отказываешься принять бокал, ведь это важная часть свадебной церемонии, – недовольно проговорил муж. – Намедни я послал в ваш дом дары и вы их приняли, значит, согласились. А коли так, то почему нынче себя так странно ведешь. Изволь принять эту чашу да поживее!

Девица Хэ, хотя и кипела от злости, однако, понимая справедливость слов Лихоу, была вынуждена взять чарку, но тут же поставила ее на стол. Таким образом, к свадебному кубку невеста притронулась лишь ручкой, что, конечно, имело свой смысл. Жених, мол, должен выпить это вино один. Лихоу в этот момент соображал: «Она поначалу бокал не взяла, но когда я проявил настойчивость, она тотчас выполнила мое требование. Стоило мне сказать ей пару теплых слов! Это значит, усмирить ее нрав вполне возможно. Сейчас я заставлю ее выпить чарку до дна!» Он приказал девочке-служанке:

– Подойди к своей госпоже и скажи, что хозяин велел выпить это вино до дна. Если в бокале у нее останется хоть одна капля, ты получишь пятьдесят ударов плетью! Поняла?

Служанка покорно направилась к молодой госпоже и передала ей приказ хозяина, однако молодая женщина пить вино все равно отказалась, хотя и взяла бокал в руки. Через короткое время Лихоу вновь отправил служанку к жене, чтобы та проверила исполнение мужниного приказа, служанка быстро вернулась обратно.

– Не выпила ни единой капельки! – доложила она.

Лихоу рассвирепел.

– Как видно, ты ни в грош не ставишь своего хозяина? – обрушил он на челядинку свой гнев. – Тебе хорошо известно, что когда я тебя покупал, я платил за тебя чистым серебром. Это значит, что ты должна во всем меня слушаться! «Кто плошку дал, тот и хозяином стал», – так говорили еще в древности, я тебе приказал передать госпоже, чтобы она выпила чарку свадебного вина, однако ты, негодница, мое приказание не исполнила. Если не выполняешь мое приказание сейчас, ты не можешь служить мне в будущем? – Лихоу приказал одному из слуг тащить девчонку во двор и отмерить пятьдесят ударов плетью.

– Если будешь хлестать кое-как, сам получишь дюжину ударов! – добавил он слуге.

Бедная девчонка, она только сейчас сообразила, что сама себе накликала беду. Однако было уже поздно: ее вытащили во двор и принялись нещадно пороть. Молодая жена, разумеется, сразу поняла, что это наказание предназначено ей самой. Ее охватили тяжелые раздумья: «Видно, я попала в настоящий капкан, но как из него вырваться я не знаю! По всей видимости, на какое-то время мне придется смириться и проявить покорность, ну а потом… я наложу на себя руки! Лучше погибнуть, чем терпеть от мужа такие издевательства!» Не в состоянии больше выносить картину наказания невинной служанки, она подошла к мужу.

– Прошу вас, прекратите избиение! Я согласна вылить свой бокал!

Перейти на страницу:

Все книги серии Безмолвные пьесы

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Дмитрий Бекетов , Мехсети Гянджеви , Омар Хайям , Эмир Эмиров

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги