Читаем Count Belisarius полностью

Belisarius heard of the expedition from his spies across the Mesopotamian border, though no news of its outcome was obtainable as yet. He decided that the only hope for Colchis lay in his drawing Khosrou back in a hurry by some counter-stroke. He summoned all available forces from the various garrison cities and spoke very bluntly to his generals, reproaching them for having neglected the forces under their command. He threatened that, unless these were properly armed, equipped, and brought up to strength within two months' time he would see to it that they were all degraded in rank. He also insisted that as generalissimo he expected unhesitating obedience. 'Nevertheless,' he said, 'I have been ten years in the Western Empire, and cannot be expected to appreciate the present strategic position in every detail. I should be glad to have a frank opinion from every one of you as to the practicability of an immediate cavalry-raid across the frontier. The Great King is far away. Though he has no doubt left his frontier fortresses well guarded, this is perhaps an excellent opportunity for avenging Ids sack of Antioch and for restoring the offensive capacities of our men. The Emperor has sent me here for the express purpose of upholding the honour of the Roman Army.'

Boutzes, anxious to regain Belisarius's good opinion of him, agreed that a raid would be an excellent thing: and so did Peter, the Governor of Daras, for the same reason. But the joint-commanders of the Thracian troops from the Lebanon – the same two who had betrayed Antioch by escaping with all their men from the Daphne gate – made difficulties. If they came with Belisarius, they said, there was nothing to prevent the King of the Saracens from raiding Syria and Palestine in their absence.

Belisarius answered: 'I have been away from the East, as I say, for ten years, but have not forgotten so much as you may suppose. These Saracens are about to begin their Ramadan fast, when out of respect for their Sun God they fast all the daylight hours and abstain from any fighting for two whole months.' This silenced them.

A few days later Belisarius led his field army of 15,000 men across the Persian frontier and encamped about eight miles from Nisibis. With him, too, came 5,000 Arabs under the same King Harith ibn Gabala of Bostra, who had deserted him ten years before during the Unnecessary Battle, but who had been freely forgiven by Justinian for his perfidy. The Persians had learned such contempt for our armies that it was likely that they would leave the protection of their strong fortifications and come out against Belisarius. He hoped thus to defeat them and, heading off their main retreat and allowing only a squadron or so to escape to Nisibis, to capture the city, by sending a party of men, dressed in Persian armour, to mingle with these fugitives and keep the gates open for him. However, this plan was opposed by Peter, who thought that the Persians should be intimidated by a nearer approach. He insisted on encamping only a mile and a half away from the city.

Belisarius sent a message to Peter, saying that his courage was commendable but that if he fought and defeated the Persians where he was encamped they would have to retreat only a short distance to reach safety; and that he was acting directly against orders in taking up that position.

Peter replied: 'I served with you some years ago on the Euphrates, where, though the Persians were then hundreds of miles away from a fortress, you hesitated to attack them. I pride myself that I am not afraid of the Persians. As for obedience, I am informed that recently at Ravenna you overrode the orders of the Emperor himself. Yet no harm came of it for you.'

Belisarius wrote again: ' Circumstances alter cases. However, I do not propose to argue with you. If, against my orders, you maintain your bravado, do at least, I beg of you, be careful of a surprise attack, especially at the dinner-hour.'

The weather being extremely hot at midday, Peter's men took off their armour and stacked their arms, and a number of them went out in twos and threes to steal melons from the kitchen-gardens a few hundred yards from the walls of Nisibis. The Persian cavalry made a sudden sally from three gates and chased the melon-stealers back to their palisaded camp. The camp guards snatched up their arms in a hurry and ran to the help of their comrades, but were driven back in confusion. Peter was soon forced to abandon his camp with the loss not only of fifty men but of his regimental standard.

Перейти на страницу:

Похожие книги

О, юность моя!
О, юность моя!

Поэт Илья Сельвинский впервые выступает с крупным автобиографическим произведением. «О, юность моя!» — роман во многом автобиографический, речь в нем идет о событиях, относящихся к первым годам советской власти на юге России.Центральный герой романа — человек со сложным душевным миром, еще не вполне четко представляющий себе свое будущее и будущее своей страны. Его характер только еще складывается, формируется, причем в обстановке далеко не легкой и не простой. Но он — не один. Его окружает молодежь тех лет — молодежь маленького южного городка, бурлящего противоречиями, характерными для тех исторически сложных дней.Роман И. Сельвинского эмоционален, написан рукой настоящего художника, язык его поэтичен и ярок.

Илья Львович Сельвинский

Проза / Историческая проза / Советская классическая проза
Адмирал Колчак. «Преступление и наказание» Верховного правителя России
Адмирал Колчак. «Преступление и наказание» Верховного правителя России

Споры об адмирале Колчаке не утихают вот уже почти столетие – одни утверждают, что он был выдающимся флотоводцем, ученым-океанографом и полярным исследователем, другие столь же упорно называют его предателем, завербованным британской разведкой и проводившим «белый террор» против мирного гражданского населения.В этой книге известный историк Белого движения, доктор исторических наук, профессор МГПУ, развенчивает как устоявшиеся мифы, домыслы, так и откровенные фальсификации о Верховном правителе Российского государства, отвечая на самые сложные и спорные вопросы. Как произошел переворот 18 ноября 1918 года в Омске, после которого военный и морской министр Колчак стал не только Верховным главнокомандующим Русской армией, но и Верховным правителем? Обладало ли его правительство легальным статусом государственной власти? Какова была репрессивная политика колчаковских властей и как подавлялись восстания против Колчака? Как определялось «военное положение» в условиях Гражданской войны? Как следует классифицировать «преступления против мира и человечности» и «военные преступления» при оценке действий Белого движения? Наконец, имел ли право Иркутский ревком без суда расстрелять Колчака и есть ли основания для посмертной реабилитации Адмирала?

Василий Жанович Цветков

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза
Русский крест
Русский крест

Аннотация издательства: Роман о последнем этапе гражданской войны, о врангелевском Крыме. В марте 1920 г. генерала Деникина сменил генерал Врангель. Оказалась в Крыму вместе с беженцами и армией и вдова казачьего офицера Нина Григорова. Она организует в Крыму торговый кооператив, начинает торговлю пшеницей. Перемены в Крыму коснулись многих сторон жизни. На фоне реформ впечатляюще выглядели и военные успехи. Была занята вся Северная Таврия. Но в ноябре белые покидают Крым. Нина и ее помощники оказываются в Турции, в Галлиполи. Здесь пишется новая страница русской трагедии. Люди настолько деморализованы, что не хотят жить. Только решительные меры генерала Кутепова позволяют обессиленным полкам обжить пустынный берег Дарданелл. В романе показан удивительный российский опыт, объединивший в один год и реформы и катастрофу и возрождение под жестокой военной рукой диктатуры. В романе действуют персонажи романа "Пепелище" Это делает оба романа частями дилогии.

Святослав Юрьевич Рыбас

Проза / Историческая проза / Документальное / Биографии и Мемуары