Отключив связь с Алоисом, я продолжал двигаться по улице походкой весьма разгневанного и сердитого мужчины. Прохожие шарахались в стороны, издалека уступая мне дорогу. Самое положительное в этой ситуации было близкое расположение моей цели. За десять минут я вполне успевал в нужное мне кафе. Спохватившись, я заорал мысленно:
«Булька! Ты спишь?!»
«Как же я могу уснуть, если тебя всего трясет от эмоций?!»
«Срочно приготовь на моем лице что-либо кардинальное! Любое сильное изменение подойдет! Главное, чтобы сиюминутное ты потом смог восстановить. Время у тебя будет. Но по моей команде ты изменишь меня как хочешь! Хоть маскарадную маску изобрази на моей мордочке. Сможешь?!»
«Смогу, наверное… Но я не ручаюсь за то, что новое личико тебе понравится…»
«Плевать! Оно мне нужно временно, чтобы сбить преследователей и свидетелей с толку! Можешь даже пару бородавок добавить для омерзения…»
«Это я могу! Запросто! Хоть с десяток!»
«Не стоит маслить масло маслом! Сразу поймут, что макияж! И еще — молнию выпустить можешь в момент удара моего кулака по телу противника? Да еще такую, чтоб он потерял сознание?!»
«Вроде смогу… Но тренироваться надо было раньше! — Булька рассердился. — Действия наши надо согласовывать и проводить синхронно. Хоть за секунду, но предупреди меня о своих намерениях…»
«Обязательно предупрежу! Но ты ведь и так почти все мои мысли читаешь и намерения видишь, так что действуй самостоятельно, по обстановке!»
«Попытаюсь… командир! — съехидничал Булька. — А звание воинское я получу?»
«Обязательно получишь! Если… убежать не сможешь! Все, подходим! Готов сменить мне лицо? Тогда сразу же на этом повороте на счет „три“. Раз, два, три!..»
Тут же мое лицо стянуло вакуумными присосками, а верхняя часть головы заметно потяжелела. Метров через десять я взглянул в проплывающую мимо витрину магазина и чуть не споткнулся от неожиданности. Оттуда на меня глянул странный тип с выпирающим вперед подбородком, сплюснутым носом и совершенно лысый. Причем его голова смотрелась, как у персонажа из фильма ужасов: сильно выпуклая на затылке и несуразно огромная.
«Ну молодец! Такого запоминающегося типа сотворил!»
«Старался! Только помни — губы у тебя синие! Кажется!..»
«Сойдет и так!»
Я уже подходил к столикам кафе, расположившегося на одной из сторон широкого тротуара. Посетителей немного, всего шесть человек. В их число входили Ульрих с раскрытыми от восхищения глазами и его милая, постоянно щебечущая собеседница. Она держала его руку и смотрела в глаза собеседника так, словно этот день самый счастливый в ее жизни. Тщательно осмотрев окрестности, я принял решение изобразить сцену жуткой ревности. И, остановившись у столика со сладкой парочкой, завопил на всю улицу:
— Ах ты шлюха!!! Так вот с кем ты мне изменяешь?!! — И, мысленно скомандовав: «Молнию!» — влепил замершей от непонимания женщине демонстративную и легкую пощечину, почувствовав при этом легкое онемение в пальцах руки. Голова женщины тут же бессильно откинулась назад, и она стала сползать со стула. Весьма грубо я остановил ее падение и продолжил кричать: — Опять притворяешься и падаешь картинно в обморок?! Мерзкая, бессердечная шлюха!!! А ты чего уставился?!! — рявкнул я на вскочившего Ульриха. Он обалдело хлопал глазами, но голос мой вроде узнал. — А ну вали отсюда, пока я тебе рожу не начистил!!! Тоже мне, красавчик выискался! Еще раз увижу с моей женой, все зубы выбью! И потом жалуйся хоть самому императору! Скотина ты безмозглая!!!
Кажется, Ульрих осознал все случившееся. Он неловко опрокинул свой стул и бросился от меня в противоположную сторону, на ходу выкрикивая нелепые оправдания. Я же снова переключился на свою «неверную жену»:
— Долго притворяться будешь?! Опять тебя на руках нести, словно кусок дерьма?! Мне уже перед детьми и соседями стыдно за это твое притворство и похождения! Ну вот погоди! Приволоку сейчас домой, и опять от своей матери получишь! И учти, на этот раз я тебя защищать и не подумаю! Хватит! Сколько можно терпеть!
С этими словами я нацепил на локоть небольшую сумочку, взял на руки ее безвольное тело и с гордым видом отправился к ближайшему углу. Как раз за ним начиналась улица Дюка Славье. Почти все оставшиеся посетители и несколько прохожих с понимающими улыбками уставились нам вслед. При этом женщины качали головами осуждающе, а мужчины с пониманием. Но главное — никто не бросился за мной следом и даже не пытался по телефону вызвать полицию. Кажется… Так как оглядываться мне вроде не пристало. Не украл ведь — свое несу!
Вот только Алоиса долго нет! А другие прохожие, не знакомые с предыдущей сценой, уже стали оборачиваться на нас, порываясь оказать помощь, а то и задать неприятные вопросы. Порой начинаешь жалеть, что вокруг тебя столько сердобольных и сочувствующих людей.
Вдруг возле меня опустился флаер-такси — и сквозь лобовой пластик я узнал нашего пронырливого мавра. Он мне и дверь заднюю открыл с ловкостью истинного короля дорог и ветра. Как он только умудрился меня узнать в новом обличье?! Неужели тоже по походке?