Читаем Другая история. Сексуально-гендерное диссидентство в революционной России полностью

В работе над данным проектом неоценимую помощь оказали многие русисты. Линда Эдмондсон неоднократно приглашала меня участвовать в семинаре по гендеру в Центре российских и восточноевропейских исследований Бирмингемского университета. Именно там я впервые представил на суд коллег некоторые части этой книги. Дон Фильцер, Джейн Грейсон и Уильям Батлер из лондонской Школы славянских и восточноевропейских исследований (School of Slavonic and East European Studies) оказали поддержку на ранних стадиях работы, равно как и Международная исследовательская группа по русской революции (International Study Group оn the Russian Revolution). Среди тех, кто нашел время ознакомиться с данной работой, мне хотелось бы с благодарностью упомянуть Диану Льюис Бургин, Саймона Диксона, Лору Энгельштейн, Шейлу Фицпатрик, Дэвида Хоффмана, Моше Левина, Кевина Мосса, Барбару Нортон и Дуга Уайнера. Мой научный руководитель, Линн Виола, служила образцом педагогического мастерства. Сьюзен Гросс Соломон приобщила меня к истории медицины, проявив в равной степени терпение и энтузиазм. Линн и Сьюзен наряду с Робертом Джонсоном и Дэвидом Хиггсом из Университета Торонто, а также с Марком фон Хагеном из Колумбийского университета Нью-Йорка с энергией и вниманием прошлись по диссертации, на которой основана эта книга. Стивен Смит и Эрик Найман прочитали рукопись книги, обращая внимание на детали и оставляя замечания, которые я неизменно находил вдохновляющими. Благодаря этим людям текст значительно улучшился. Все сохранившиеся перверсии и отклонения – всецело на моей совести.

В 1980 году, еще учась в бакалавриате, я оправил профессору Саймону Карлинскому запрос относительно русских геев, на который он ответил посылкой, набитой статьями. Из этого великодушного поступка проросли семена этой монографии, и, хотя их созревание заняло время, я надеюсь, что урожай оправдает долгое ожидание. Несмотря на то, что в этой книге я и выражаю некое расхождение во мнении с профессором Карлинским, я все же бесконечно почитаю его как пионера данных исследований, проторившего нам всем дорогу. Ральф Доус, Джонатан Нед Кац, Майкл Сибалис, Джеймс Стикли, Джордж Чонси и Джефри Уикс, друзья из Центра лесбийских и гей-исследований в Торонто (Тoronto Centre for Lesbian and Gay Studies), Архивы лесбиянок и геев Канады (Canadian Lesdian and Gay Archives), архивы «Гомодок» (Homodok) в Амстердаме, Общество Магнуса Хиршфельда и Гей-музей в Берлине (Schwules Museum), а также «ГендерДок» в Москве любезно отвечали на мои запросы и снабжали меня документами. К сожалению, Алан Саддон ушел из жизни, не увидев этой книги (посвященной отчасти его сыну Тому). Алан привлек мое внимание к нескольким мемуарам эмигрантов, со свойственным ему одному восторгом сообщив о возможности рассказать об их пикантности. Я много подчерпнул из глубоких познаний Брайана Пронджера о постмодернистских теориях тела. Чандак Сенгупта великодушно поделился со мной черновиком своей великолепной статьи о «политике половых желез». Все, кто слышал мои доклады по данной теме – как в России, так и за рубежом, – давали мне массу ценных, хоть и подчас довольно непростых замечаний, которые открывали мне новые горизонты исследования.

После первого посещения Москвы и Ленинграда в 1974 году я узнавал о России в том числе и от многочисленных русских друзей, живущих как на родине, так и в эмиграции: гидов «Интуриста», «попутчиков», с симпатией относившихся к Советскому Союзу, людей, готовых послушать, над чем я работаю, знатоков языка, приятелей по бане, «архивных крыс» или полностью оплачиваемых членов «Гоминтерна». Я благодарю Дебби Кинг и Дэвида Гира, Билла Боуринга, Эдварда Люшина, Тима Росса, Алана Уинтермана, Кейт Гриффит, Дика Хоагланда, Кевина Гарднера, Ребекку Фридман, Романа Калинина, Дэвида Туллера, Питера Фалатина, Роберта Плисса, Джулию Гилмур, Коллин Крейг, Ричарда Шимпфа, Олега Кузьмина, Мишель Паттерсон, Марджори Фаркхарсон, Гэрри Оксфорда и Энтони Луиса, а также моих друзей из The Moscow Tribune. Рэйчел Гиз дала мне возможность высказать мои ранние идеи читателям торонтской гей-газеты Xtra. Я закончил эту книгу благодаря Эдриану Миллсу. В Москве Трейси Макдональд спасала меня от мышей, осыпа́вшейся штукатурки, а чаще – от самого себя. Брайан Пронджер и Джим Бартли помогали мне с тысячей разных практических вещей. Мои замечательные эксцентричные родители Рита Грейв и Эд Хили экстравагантным образом давали мне делать то, что я хотел. И я не могу описать, насколько я обязан своему избраннику, Марку Корнуоллу, всем тем, чему он меня научил.

Наконец, я глубоко опечален, что Тома и Дэвида нет с нами и они не могут подержать эту книгу в руках. Но они незримо присутствуют на ее страницах.

Дэн Хили Суонси, Уэльсиюнь 2000
Перейти на страницу:

Все книги серии Современная критическая мысль

Другая история. Сексуально-гендерное диссидентство в революционной России
Другая история. Сексуально-гендерное диссидентство в революционной России

«Другая история: Сексуально-гендерное диссидентство в революционной России» – это первое объемное исследование однополой любви в России, в котором анализируются скрытые миры сексуальных диссидентов в решающие десятилетия накануне и после большевистской революции 1917 года. Пользуясь источниками и архивами, которые стали доступны исследователям лишь после 1991 г., оксфордский историк Дэн Хили изучает сексуальные субкультуры Санкт-Петербурга и Москвы, показывая неоднозначное отношение царского режима и революционных деятелей к гомосексуалам. Книга доносит до читателя истории простых людей, жизни которых были весьма необычны, и запечатлевает голоса социального меньшинства, которые долгое время были лишены возможности прозвучать в публичном пространстве.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Дэн Хили

Документальная литература / Документальное
Ориентализм
Ориентализм

Эта книга – новый перевод классического труда Эдварда Саида «Ориентализм». В центре внимания автора – генеалогия европейской мысли о «Востоке», функционирование данного умозрительного концепта и его связь с реальностью. Саид внимательно исследует возможные истоки этого концепта через проблему канона. Но основной фокус его рассуждений сосредоточен на сложных отношениях трех структур – власти, академического знания и искусства, – отраженных в деятельности различных представителей политики, науки и литературы XIX века. Саид доказывает, что интертекстуальное взаимодействие сформировало идею (платоновскую сущность) «Востока» – образ, который лишь укреплялся из поколения в поколение как противостоящий идее «нас» (европейцев). Это противостояние было связано с реализацией отношений доминирования – подчинения, желанием метрополий формулировать свои правила игры и говорить за колонизированные народы. Данные идеи нашли свой «выход» в реальности: в войнах, колонизаторских завоеваниях, деятельности колониальных администраций, а впоследствии и в реализации крупных стратегических проектов, например, в строительстве Суэцкого канала. Автор обнаруживает их и в современном ему мире, например, в американской политике на Ближнем Востоке. Книга Саида дала повод для пересмотра подходов к истории, культуре, искусству стран Азии и Африки, ревизии существовавшего знания и инициировала новые формы академического анализа.

Эдвард Вади Саид

Публицистика / Политика / Философия / Образование и наука
Провинциализируя Европу
Провинциализируя Европу

В своей книге, ставшей частью канонического списка литературы по постколониальной теории, Дипеш Чакрабарти отрицает саму возможность любого канона. Он предлагает критику европоцентризма с позиций, которые многим покажутся европоцентричными. Чакрабарти подчеркивает, что разговор как об освобождении от господства капитала, так и о борьбе за расовое и тендерное равноправие, возможен только с позиций историцизма. Такой взгляд на историю – наследие Просвещения, и от него нельзя отказаться, не отбросив самой идеи социального прогресса. Европейский универсализм, однако, слеп к множественности истории, к тому факту, что модерность проживается по-разному в разных уголках мира, например, в родной для автора Бенгалии. Российского читателя в тексте Чакрабарти, помимо концептуальных открытий, ждут неожиданные моменты узнавания себя и своей культуры, которая точно так же, как родина автора, сформирована вокруг драматичного противостояния между «прогрессом» и «традицией».

Дипеш Чакрабарти

Публицистика

Похожие книги

Эволюция войн
Эволюция войн

В своей книге Морис Дэйви вскрывает психологические, социальные и национальные причины военных конфликтов на заре цивилизации. Автор объясняет сущность межплеменных распрей. Рассказывает, как различия физиологии и психологии полов провоцируют войны. Отчего одни народы воинственнее других и существует ли объяснение известного факта, что в одних регионах царит мир, тогда как в других нескончаемы столкновения. Как повлияло на характер конфликтов совершенствование оружия. Каковы первопричины каннибализма, рабства и кровной мести. В чем состоит религиозная подоплека войн. Где и почему была популярна охота за головами. Как велись войны за власть. И наконец, как войны сказались на развитии общества.

Морис Дэйви

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей
Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей

Этот сборник является своего рода иллюстрацией к очерку «География зла» из книги-исследования «Повседневная жизнь Петербургской сыскной полиции». Книгу написали три известных автора исторических детективов Николай Свечин, Валерий Введенский и Иван Погонин. Ее рамки не позволяли изобразить столичное «дно» в подробностях. И у читателей возник дефицит ощущений, как же тогда жили и выживали парии блестящего Петербурга… По счастью, остались зарисовки с натуры, талантливые и достоверные. Их сделали в свое время Н.Животов, Н.Свешников, Н.Карабчевский, А.Бахтиаров и Вс. Крестовский. Предлагаем вашему вниманию эти забытые тексты. Карабчевский – знаменитый адвокат, Свешников – не менее знаменитый пьяница и вор. Всеволод Крестовский до сих пор не нуждается в представлениях. Остальные – журналисты и бытописатели. Прочитав их зарисовки, вы станете лучше понимать реалии тогдашних сыщиков и тогдашних мазуриков…

Валерий Владимирович Введенский , Иван Погонин , Николай Свечин , сборник

Документальная литература / Документальное