Читаем Две стороны одной медали полностью

К этому моменту у нас с Таней уже появились свои традиции. Одна из них – отправлять родителям открытки из каждого города, где мы бывали. Еще в начале нашего совместного пути, когда мы поехали в Португалию, возникла идея отправить почтой послание маме. Мне всегда хотелось, чтобы родители посмотрели мир вместе со мной, увидели другие страны и города, но в какой-то период времени это было для нас недоступно. И вот в Португалии я увидел открытку с видами и подумал, что, наверно, родителям было бы приятно открыть почтовый ящик и увидеть этот привет из другой страны. В первое время это было для них неожиданным сюрпризом, а теперь мама всегда ждет, откуда и какая открытка придет, и сохраняет их. Таня тогда прониклась этой идеей, и мы пошли вместе искать почту. С тех пор из каждого города мы отправляли свои послания. В экзотических странах это становится настоящим приключением. Другой язык, другой менталитет, другие указатели – и почту не всегда найдешь. Из Шанхая мы отправили свои открытки, поднявшись на башню Перл-Тауэр, где на самом верху есть маленькое почтовое отделение. Оттуда, с высоты 468 метров, и улетел наш привет в Пермь и Днепропетровск.

На Art on Ice в Китае мы катались под Шопена в живом исполнении великого китайского пианиста Ланг Ланга. Вторая программа – «Супер Марио», и мы снова произвели фурор. Впрочем, это вообще было запоминающееся шоу по многим параметрам. Серебряные призеры Олимпийских игр, двукратные чемпионы мира, которых как раз мы обыграли на чемпионате мира, Кинг Панг – Джан Тонг обручились прямо на ледовом шоу. Нам всем раздали лепестки роз, и после того, как они откатали свою программу – «Ромео и Джульетту», – он встал на колено, снял с цепочки кольцо и подарил ей, а мы все выбежали на лед и засыпали их лепестками роз. Трогательный, красивый момент.

Япония была сразу после Китая. У нас был всего один день, чтобы прямо в Шанхае сделать визу и улететь. Мы еле успели – попробуй еще найди в Китае японское консульство, помню, бегали под дождем, нервничали, но документы подали, а паспорта нам доставили прямо к автобусу, который ехал в аэропорт.

Шоу Dreams on Ice в Японии проходит на небольшом катке, где полностью запрещена фото- и видеосъемка. Мероприятие почти секретное, только для японской публики. Делается это для того, чтобы элементы, которые готовятся для международной программы японской сборной, раньше времени не вышли наружу. Это своего рода контрольные прокаты, и только один иностранный фигурист удостаивается чести выступить там. Часто это Стефан Ламбьель, серебряный призер Олимпийских игр в Турине, которого очень любит публика. И тут вместе с ним пригласили и нас. То ли это была дань уважения за то, что мы в самый сложный период для страны и людей были в Японии, то ли сыграли свою роль братья Марио.

Я уже говорил, что в Японии фигурное катание – это спорт номер 1. Каждый месяц – шоу, всегда полные залы, куча болельщиков – и это невероятно крутые болельщики! И мы, видимо, произвели впечатление, потому что нам предложили поучаствовать еще в одном шоу – Fantasy on Ice. Мы и Стефан остались.

Прожив месяц в Японии, мы с Таней еще больше подружились. В рестораны – Стефан Ламбьель и мы с Таней. Если Стефан занят, то вдвоем. Погулять – вдвоем. Что-то посмотреть – вдвоем. Мы много говорили и все больше сближались – не в романтическом смысле, нет. Мы становились настоящими друзьями. К моменту отъезда из Японии мы стали родными людьми: я доверял ей, рассказывал все, она знала мои сильные и слабые стороны и то, где я могу накосячить. И это было очень круто для пары! Я же просто открывал для себя новый мир – таких партнерш у меня еще не было, чтобы было настолько легко и здорово и работать, и общаться, чтобы без попыток показать, кто лидер, без скандалов. Я столько лет был в этом спорте и только в тот момент узнал, что значит работать в команде.

Глава 7

Мы радовались свалившейся на нас популярности, но из-за большого количества шоу загнали сами себя. Для нас это было в новинку, и мы соглашались на все. И вот надо ехать готовиться к сезону в Италию, а мы еле дышим.

Нина Михайловна любит готовить своих спортсменов к сезону в Италии, потому что в среднегорье очень хорошо нарабатывается выносливость. Местечко называется Базель де Депино, находится недалеко от Вероны.

Я ненавидел этот сбор – сколько мы туда ездили, столько и ненавидел. Психологически он был для меня тяжелым. Мало того, что надо было накатывать программу, заниматься общей физической подготовкой, хореографией и так далее, плюс на меня давила деревенская обстановка и постоянная плохая погода. Холодно, лил дождь. Многие ребята приехали без теплой одежды, вроде как летний сбор в Италии, а оказалось, что в куртках надо ходить. Вся эта атмосфера, а может, насыщенный период сказались – мне было трудно, я стал срываться, сходил там с ума, что со спортивной точки зрения было очень плохо.

Перейти на страницу:

Все книги серии Иконы спорта

Как кроссфит сделал меня самым физически подготовленным человеком Земли
Как кроссфит сделал меня самым физически подготовленным человеком Земли

Что нужно, чтобы стать лучшим?Сила. Выносливость. Навыки. Дисциплина.Эти качества позволили Ричу Фронингу четыре раза подряд выиграть на международных кроссфит-соревнованиях и завоевать титул «Самый спортивный человек Земли». Но для победы на соревнованиях подобного уровня нужна не только физическая сила – требуются духовная твердость и ментальное превосходство. Рич Фронинг стал чемпионом, найдя идеальный баланс трех этих качеств.Рич рассказывает о своем необычном и вдохновляющем пути, ничего не утаивая, делится секретом успеха. Эта книга – не программа тренировок или питания (хотя она и об этом тоже), эта книга – автобиография человека, который сломил препятствия на своем пути, стремясь к победе в спорте и в личной жизни.Его опыт пригодится всем – вне зависимости от ваших целей. Мечтаете ли вы о чем-то недоступном, но не знаете, как воплотить мечты, хотите заняться спортом, но не понимаете, с чего начать, не можете двигаться вперед, потому что не верите в себя – история Рича подтолкнет вас к действиям.

Рич Фронинг

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное