Читаем Две стороны одной медали полностью

После возвращения в Москву встал вопрос: будут ли проводиться контрольные прокаты? Мы должны был представить короткую программу на катке «Мечта», но в этот же день пришло известие о трагедии с хоккейной командой «Локомотив», – вся команда и экипаж тогда погибли в авиакатастрофе. Молодые здоровые парни, спортсмены, у которых вся жизнь была впереди. Мы ждали решения – катаемся сегодня или нет. Но настроя нет, шок. Через некоторое время сообщение – все-таки катаемся. У нас – «Bring Me to Life». На тот момент аранжировка у нас была не готова, и мы катались под музыку с вокалом. Это, конечно, вызвало много вопросов – околоспортивное сообщество посчитало, что мы решили устроить провокацию. Не понятно, зачем бы нам это было нужно. Мы объясняли, что нет, просто пока не готова до конца музыка.

МЫ ОКАЗАЛИСЬ В СИТУАЦИИ, КОГДА ХВАТАЛИСЬ ЗА ВСЕ, БРАЛИ ЛЮБУЮ РАБОТУ, И НЕ ЗРЯ, ВЕДЬ ЗРИТЕЛИ ТОЖЕ НЕ ПРИХОДЯТ ИЗ НИОТКУДА И ИХ СИМПАТИЮ И ЛЮБОВЬ НАДО ЗАВОЕВЫВАТЬ.

Впрочем, разборы судей и критиков показали, что мы сделали правильный выбор – программа понравилась даже тем, кто не очень любит рок. Она была хореографически хорошо поставлена, драйвовая, с новыми элементами – выучили выбросы флип, которые до этого не исполнялись, в поддержке я делал смену направления вращения. Впервые в жизни. И после этого сезона никогда не возвращался к этому.

Спустя день или два, в Балашихе на катке, мы уже представили «Черного лебедя». Ехали часа четыре туда, прибыли вообще не в состоянии кататься. Тем более что произвольная в начале сезона – это очень тяжело. Но нам настолько нравился наш номер, что мы не удержались и проехали все целиком, не безошибочно, но эффектно. Костюм идеально подходил под программу – очень близкий по стилистике к фильму: будто перья из-под кожи, у меня на груди маска, жаль, впоследствии пришлось отказаться Тане от пачки. Красиво, но при исполнении парных элементов, поддержек неудобно. В общем, на льду мы были яркими, запоминающимися, и с предвкушением побед входили в сезон. Ждали, как мы будем всех удивлять, обгонять немцев.

Глава 8

Итак, сезон 2011/12 у нас начался с соревнований Nebelhorn Trophy, которые проходят в немецкой горной деревушке уже 50 лет и считаются самыми престижными в категории B.

Объясню. Самые главные старты у фигуристов – это этапы Гран-при, финал Гран-при, национальный чемпионат, чемпионат Европы (или чемпионат четырех континентов), чемпионат мира. Но помимо этого еще есть старты, где ты можешь получить рейтинговые очки. Одни из первых – как раз эти соревнования. Они отличаются еще и тем, что все судьи там сдают экзамены, и там всегда очень много специалистов, журналистов, критиков. И, конечно, нет дефицита участников, потому что все хотят показать свои программы, посоревноваться в предсезонке со своими соперниками, увидеть друг друга, приглядеться. Так что состав каждый год довольно сильный. Мы, конечно, ожидали встретиться там со своими принципиальными противниками – немецкой парой, чемпионами мира Аленой Савченко и Робином Шолковы, но по какой-то причине, чуть ли не впервые, немцы не стали участвовать.

В тот момент мы, конечно, с Таней катались еще сыровато. Допустили ряд ошибок в короткой программе, не настроились, технически были так себе, и хотя лидировали, получили немного баллов. А вот в произвольной уверенно одержали победу и в результате выиграли. На тот момент у нас было только одно серебро на чемпионате мира среди постоянного золота на всех наших соревнованиях. Это не могло не радовать, мы были вдохновлены и ждали следующих успехов.

Сделав шаг в сезон и набрав первые рейтинговые баллы, мы решили, что этого будет недостаточно. И практически сразу из Германии переехали в Братиславу, на турнир «Ондрей Непела Мемориал».

В этом двухнедельном путешествии Германия – Словакия нас сопровождал Декстер. Его не с кем было оставить, так что решили взять с собой. Таня выбирала гостиницы, куда можно селиться с животными, но при бронировании отеля в Братиславе мы так и не поняли, можно или нет. Решили ехать на свой страх и риск, пронести Декса тайком в сумке – благо его размеры позволяют. И вот зарегистрировались, ждем лифт, прижимая к себе сумку с Дексом, открываются двери, а там тренер Ростислав Синицин с бернским зенненхундом, который занимает всю кабину.

– Так тут можно с животными? – спрашивает Таня.

– Скорее животным тут можно с людьми.

Перейти на страницу:

Все книги серии Иконы спорта

Как кроссфит сделал меня самым физически подготовленным человеком Земли
Как кроссфит сделал меня самым физически подготовленным человеком Земли

Что нужно, чтобы стать лучшим?Сила. Выносливость. Навыки. Дисциплина.Эти качества позволили Ричу Фронингу четыре раза подряд выиграть на международных кроссфит-соревнованиях и завоевать титул «Самый спортивный человек Земли». Но для победы на соревнованиях подобного уровня нужна не только физическая сила – требуются духовная твердость и ментальное превосходство. Рич Фронинг стал чемпионом, найдя идеальный баланс трех этих качеств.Рич рассказывает о своем необычном и вдохновляющем пути, ничего не утаивая, делится секретом успеха. Эта книга – не программа тренировок или питания (хотя она и об этом тоже), эта книга – автобиография человека, который сломил препятствия на своем пути, стремясь к победе в спорте и в личной жизни.Его опыт пригодится всем – вне зависимости от ваших целей. Мечтаете ли вы о чем-то недоступном, но не знаете, как воплотить мечты, хотите заняться спортом, но не понимаете, с чего начать, не можете двигаться вперед, потому что не верите в себя – история Рича подтолкнет вас к действиям.

Рич Фронинг

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное