Читаем Египет в канун экспедиции Бонапарта (1776-1798) полностью

У него были дети, родичи, приближенные, мамлюки. Для своих старших детей он построил дом у Дарб Са'ада, а сам жил в доме своего патрона. /223/ Умер он в конце ша'бана, умерли также его дети, невольницы, мамлюки. Менее чем за месяц их дома оказались опустошенными.

Умер эмир 'Осман ал-Джилфи — ага мустахфазан. Он из мамлюков Ридвана Катходы ал-Джилфи. Воспитывался он у Халил-бея ал-Каздоглу — шайх ал-балада.

Занимая посты, общаясь с эмирами, 'Осман-бей в правление Исма'ил-бея стал агой, затем был отставлен и вторично назначен на пост аги, который на этот раз занимал недолго. Умер он также от чумы.

После него осталось огромное состояние, которое полностью забрал Хасан-бей ал-Джиддави, считавшийся его покровителем. А у эмиров принято наследовать тем, к кому они имеют какое-либо отношение или с кем соседствуют.

'Осман ал-Джилфи был приличным человеком, восприимчивым к добру. Он любил приобретать книги, любил и вечеринки [с обсуждением] новостей, [слушанием] анекдотов и с присущей этому глупостью.

Умер почтенный эмир Хасан-эфенди Шакбун, чиновник из ведомства по дани Порте, он был мамлюком Ахмада-эфенди, [являвшегося], в свою очередь, мамлюком Мустафы-эфенди Шакбуна. По своему положению он общался с высокопоставленными сановниками, с везирами [Порты]. Он обладал ценным книжным собранием, среди которого были книги и не на арабском языке, а на фарси; некоторые были написаны почерком та'лик, с позолотой и иллюстрациями, как, например, “Калила и Димна”, “Шах-Наме”, диван Хафиза, в этом же роде ат-Таварих[774], украшенная изображениями царей превосходного и совершенного исполнения. [Это были] дорогие и редко встречающиеся книги. Хасан-эфенди, скромный по натуре, был склонен к добру. Умер он также от чумы. И рассеялись книги и сокровища его.

Умер эмир Мухаммад Ага ал-Баруди из мамлюков Ахмада Аги, который, в свою очередь, был мамлюком Ибра-хима Катходы ал-Каздоглу. Он воспитывался у своего патрона. Последний сделал его своим хазандаром и женил на своей дочери. Когда в [11]88 (1774-5) году умер Ахмад Ага, Мухаммад Ага развелся с женой и женился на вдове своего патрона Ханум — дочери Ибрахима Катходы, одной из женщин дома ал-Барудийа. Эта жена родила ему трех сыновей: Ибрахима, 'Али и Мустафу, о которых ранее уже говорилось. Первая его жена была дочерью не Ханум и вышла замуж за Хасана Кашифа — одного из их приближенных.

Мухаммад Ага выделялся своими способностями. Он стал эмиром, приобщился к высокопоставленным. Примкнул он к Хасану Катходе ал-Джарбану, который в то время был катходой Мурад-бея. Хасан Катхода назначил ему пост, поручал ему ведение разного рода дел. Его поражало, как тот справлялся с делами управления, как хорошо он работал. Катхода был им доволен. Случалось, что упомянутый Хасан Катхода из-за недомогания должен был не выходить из своего дома, и тогда он уполномочивал Мухаммада Агу выполнять его обязанности катходы Мурад-бея. Тот все делал умело и управлял делами наилучшим образом, обеспечивая интересы Мурад-бея. Последний полюбил его, поражался ему, поручал ведение важных дел, сделал его своим доверенным лицом. В это время возрос престиж Мухаммада Аги, он преуспевал, стал богатым. В его открытый теперь дом устремились посетители, к нему стали обращаться и знатные для разрешения нужных дел. У дверей дома Мухаммеда Аги стояли теперь хаджибы[775]. Он обзавелся приятелями и собеседниками из интересных лиц — жителей города, проводил с ними часть ночи, они занимали его беседой, разговорами, шутками, пили с ним. Умерла жена его — дочь его патрона, происходившая из дома ал-Барудийа. Мурад-бей женил его на своей главной наложнице — матери его сына Аййуба. Она принесла в его дом большое приданое. Благодаря этой женитьбе Мухаммад Ага стал свойственником Мурад-бея. Авторитет, его известность еще более возросли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Колчак. «Преступление и наказание» Верховного правителя России
Адмирал Колчак. «Преступление и наказание» Верховного правителя России

Споры об адмирале Колчаке не утихают вот уже почти столетие – одни утверждают, что он был выдающимся флотоводцем, ученым-океанографом и полярным исследователем, другие столь же упорно называют его предателем, завербованным британской разведкой и проводившим «белый террор» против мирного гражданского населения.В этой книге известный историк Белого движения, доктор исторических наук, профессор МГПУ, развенчивает как устоявшиеся мифы, домыслы, так и откровенные фальсификации о Верховном правителе Российского государства, отвечая на самые сложные и спорные вопросы. Как произошел переворот 18 ноября 1918 года в Омске, после которого военный и морской министр Колчак стал не только Верховным главнокомандующим Русской армией, но и Верховным правителем? Обладало ли его правительство легальным статусом государственной власти? Какова была репрессивная политика колчаковских властей и как подавлялись восстания против Колчака? Как определялось «военное положение» в условиях Гражданской войны? Как следует классифицировать «преступления против мира и человечности» и «военные преступления» при оценке действий Белого движения? Наконец, имел ли право Иркутский ревком без суда расстрелять Колчака и есть ли основания для посмертной реабилитации Адмирала?

Василий Жанович Цветков

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза