Она подумывала о том, чтобы отправиться домой, даже жаждала этого: чего-нибудь, чтобы избавиться от бушующего шторма вокруг неё. Неохотно она во второй раз за день направилась к сводчатой двери подземного прохода. Её глаза от усталости казались красными, а волосы торчали во все стороны. Она толкнула сбитого с толку аврора, преграждавшего ей путь, и проигнорировав его, как только тот начал говорить о том, что у неё нет допуска.
Так называемая зона безопасности была в настоящее время недоступна для несуществующих, но ей было все равно. Ей нужно было избавиться от тяжести в груди. Она нашла несколько человек, довольно тщательно исследовавших место преступления. Её взгляд упал на человека, который сидел на корточках у края, глядя вниз. Она узнает эти взъерошенные чёрные волосы в любом месте.
— Гарри, — тихо позвала она.
Он не подал вида, что заметил её присутствие, и продолжал смотреть в яму, нервно проводя руками по волосам и качая головой.
«Противные мелочи», — услышала она бормотание.
Она почувствовала тошноту в животе, когда мысли об Астории, пожираемой пиявками, всплыли у неё в голове.
— О-она в порядке?
— Она в порядке… Она потеряла много крови, но она в порядке. — Он перевел взгляд на сине-фиолетовый цветок посреди ямы, все ещё растущий из высокой кучи земли и камней. — Я сказал тебе идти домой, Гермиона. Тебе следует отдохнуть.
— Я не пойду домой, пока ты не услышишь то, что я должна сказать.
— Прекрати, — сказал он, махнув рукой, как будто отмахиваясь от нее. — Ты просто будешь винить себя за…
— Ну, это ведь моя вина, не так ли? — раздраженно спросила она.
— Ради всего святого… — Гарри наконец встал, стряхивая грязь и пыль с одежды и направляясь к ней.
— О, не ври, Гарри, — сказала она нетерпеливо. — Я знаю, что это моя вина, и я знаю, что вы тоже так думаете. Мне не следовало расслабляться, когда он был рядом. И не пытайтесь смягчить для меня ситуацию только потому, что я твой лучший друг.
— Ты не смогла бы спасти её, даже если бы попыталась, Гермиона.
— Что, прости? — возмутилась девушка, чувствуя себя оскорблённой.
— Что бы ты сделала? — спросил он, сердито указывая на яму своей рукой. — Спустилась бы вниз ко дну этой адской дыры и вытащила её с помощью своей сверхчеловеческой силы? Молилась бы, чтобы пиявки позволили вам пройти нетронутыми? Даже мы не смогли вытащить её достаточно быстро. Что заставляет тебя думать, что ты могла бы добиться большего?
— Вытащить ее с помощью…? — сказала она недоверчиво. — Чего?
Гарри странно посмотрел на неё.
Гермиона несколько раз моргнула и почувствовала, как вращаются шестерёнки в её голове. Она внезапно поняла, что её магия была бы аннулирована в яме.
— Конечно! — воскликнула она резко. — Растение заметило изменение в атмосфере. Должно быть, у него имеется способность создавать щиты, блокирующие магию! Как увлекательно!
— Растения могут делать это? — недоверчиво спросил Гарри, прежде чем продолжить. — Видишь, я говорил тебе. Ты не могла спасти её сама. Это не твоя вина.
Гермиона отвернулась от него, всё ещё не переубеждённая. Краем глаза она могла видеть, как губы Гарри сжались в раздумьях.
— Он ведь не толкнул её? — спросил парень с сомнением в голосе, но со слабой надеждой.
— Он держал меня, когда она упала.
Гарри нахмурился, выглядя крайне разочарованным.
— Послушай, — начал он, — эксперты сказали мне, что нет никаких признаков того, что он был здесь вообще.
— Что? — сказала она в неверии. — Но я была здесь! Я видела его! Разве это не считается доказательством?
Гарри покачал головой.
— Никаких вещественных доказательств… э-э… прости.
Гермиона чертыхнулась себе под нос и сжала край мантии в гневе.
Она смутно помнила, как Драко нёс её обратно к лестницам в вестибюль, пока Астория безжалостно кричала позади них. Девушка боролась и сумела укусить его за руку, вонзив зубы в его плоть до крови, что аж рычание сорвалось с его губ. Когда она наконец смогла освободиться, то в панике побежала в вестибюль, крича на всех присутствующих и отчаянно пытаясь связаться с Гарри.
Но хотя Гарри и прибыл через пять секунд после того, как получил её сообщение, Драко нигде не было видно.
К счастью, он оставил её палочку на земле. Годрик знает, что случилось бы, если бы он взял ту с собой.
— Но это не значит, что я тебе не верю, — сказал Гарри, пытаясь посочувствовать ей. — Я верю… Просто я сомневаюсь, что они станут.
«Конечно, они не станут.»
— Потому что он всегда так чертовски доволен своими преступлениями, — пробормотала она про себя, тихо закипая от гнева. Она поняла, что ей тяжело дышать от злости или истощения. Или, может быть, от всего одновременно.
— Я знаю этот взгляд, Гермиона, — сказал Гарри, снова нахмурившись. — Помни, тебе всё ещё нужно закончить зелье. Сейчас это твой приоритет номер один. Ты слишком много работала для того, чтобы сейчас просто всё бросить. Позволь мне разобраться с Малфоем.
Она резко встрепенулась и с негодованием взглянула на друга, разозлённая идеей, что ей не позволено мстить. Гарри глубоко вздохнул.