Нико так и сидела на диване и, все еще не отойдя от потрясения, смотрела в гигантское окно. Она знала, что надо сделать: подняться наверх, взять в чулане мачете и перерубить веревку, на которой повесился человек, потом похоронить его за баком для воды, но для начала все же требовалось подняться с дивана.
С той самой секунды, как она щелкнула первым выключателем в доме – и загорелся свет, – она думала о том, как бы привести сюда родителей. Ну, с этим теперь все ясно. Этому не бывать. Следующим делом она подумала о Ленноне и Ките, хотя сразу же осознала: Кит еще даже не родился, а Леннон пока совсем ребенок.
С другой стороны, можно ведь сделать и нечто большее.
Если учесть не только где она оказалась, а когда, возможности казались просто немыслимыми: октябрь 2025 года. За четыре месяца до того, как мухи налетят на Северную Америку. Чисто теоретически – что могло помешать ей, скажем, вычислить момент прорыва и предотвратить его? Папа говорил, что неудачный эксперимент проводили в Китае.
– Боже мой, – вслух сказала Нико и тут же вернулась к дневникам, желая убедиться, не пришла ли та же мысль в голову и другим Жизням.
Она понятия не имела, где тут ближайший аэропорт. Наверное, в Манчестере. Но вот прилетит она в Китай, а дальше – куда? Где все начнется? У нее в запасе всего четыре месяца, а это не так уж и много. И если даже какие-то классные навыки или везение позволят ей определить время и место, где все начнется, что дальше? Тогда ведь не просто кнопку нажали, запустив ядерную ракету (а ее бы она сумела остановить?), и не разбили в густонаселенном районе пробирку с переносимой по воздуху болезнью (а это она сумела бы предотвратить?). Держа в голове эти мысли, она наткнулась на записи девятой Жизни, описывающие попытку поехать… в Китай.
Значит…
Китай – не вариант.
Перелистнув еще несколько страниц, Нико наткнулась на запись десятой Жизни.
Дальше подводились итоги попыткам (в основном нелегальным) предупредить тех, кто мог бы как-то переломить ход пандемии.
Ни одна не сработала.
Помимо этих немногих записей почти все страницы были заполнены отчетами о довольно прозаичных делах: доставила продукты и припасы туда-то, спасла жизни там-то; действовала Нико почти всегда вблизи от дома. В духе доброго самаритянина.
Без семьи? Ладно, понятно.
Планету не спасти? Тоже ясно.
Однако в распоряжении Нико оказалась прямо-таки штуковина в духе маховика времени, как у Гермионы. И уж конечно, она могла совершить большое дело. Под стать этой почти божественной силе.