Саша отправил меня сразу на целый пакет разных тренингов. Я сказал ему, что заново сдам все экзамены, и приступил к подготовке. Первые месяцы я буквально не вылезал из тренингов и зубрил, зубрил, зубрил. В новом отделе, естественно, была совершенно другая атмосфера. Здесь было негласное правило предлагать клиентам разумную комиссию. Новичков сразу настраивали на то, что до получения ранга «эксперта» (нужно пройти семь сделок, чтобы стать наставником) не стоит вообще замахиваться на приличные комиссионные. Мне это было уже ближе. Кроме того, здесь никто не надеялся только на рекламный телефон, и всех сразу настраивали на собственную рекламную кампанию в виде расклейки листовок на подъезды. Рекламные макеты были высокого качества, и по ним реально было найти новых клиентов. В общем, я попал куда надо. Наставника я, наученный горьким опытом, выбрал себе сам. Саша вначале меня поставил к молодому пробивному парню, который нахватал договоров и буквально зашивался. Я же перешел к лучшему в нашем отделе эксперту, невзирая на условности и обязательства к формальному наставнику. После сданных на отлично экзаменов я заключил несколько договоров, это произошло будто само собой. После того как я их исполнил и получил первые приличные деньги, страницу моих неудач в Москве можно было уже перевернуть. А успехи не вызывают у меня желания их анализировать. Да они и не цель этой книги, в которой описываются мытарства провинциала, адаптирующегося в Москве. Не то чтобы я стал этаким счастливчиком, у которого все складывается само собой и деньги текут рекой. Но по крайней мере, я понял, что и в Москве могу зарабатывать. И рецепт успеха в Москве очень простой. Надо много работать, постоянно учиться новому в своей профессии и терпеливо ждать, двигаясь вперед. О моих московских неудачах на этой ноте можно и закончить. А смог ли я после этого полюбить Москву, узнаете далее.
Стереотипы о возможностях в Москве
Все его деревенские родные и знакомые восхищались, завидовали, слушая его рассказы о хорошей службе, о житье в Москве. Отец, имеющий сына десяти-двенадцати лет, упрашивал довезти его до Москвы к родственникам.