Читаем Я хирург. Интересно о медицине от врача, который уехал подальше от мегаполиса полностью

Это был май 2018 год. Работы было много, поскольку люди отмечали майские праздники с долгожданными шашлыками и алкогольными напитками, а значит, случаи острых холециститов и панкреатитов значительно участились.

Смена была не особенно напряженная, но пациентов хватало. Провели две операции по поводу острого аппендицита.

Ближе к вечеру поступил пациент по скорой помощи с диагнозом «острая кишечная непроходимость». В это время мы с коллегами сидели в ординаторской, отмечали первомай. Как сейчас помню: на столе был очень вкусный салат, а также настоящий узбекский плов. Мы ели вкусную еду, общались, как вдруг позвонили из приемного отделения.

Спускаюсь вниз, врач скорой помощи передает мне пациента с предварительным диагнозом «острая кишечная непроходимость» по причине того, что не было стула более пяти дней и наблюдалась боль в животе.

Пациента опросить не удалось, он был в полудреме. С ним были его жена и дочь. Я поставил подпись в сопроводительном листке и отпустил фельдшера скорой помощи.

Со слов жены, муж болеет более семи дней, боли в животе впервые появились именно тогда. Лечили народными средствами, различными отварами. Убедившись, что они не помогают, перешли на НПВС[28]. После приема препарата боль стихала. Это продолжалось три дня. С приемом НПВС отмечала отсутствие у мужа стула (более четырех дней). Боль нарастала, появилась слабость, многократная рвота. Дочь пришла в гости к родителям и, увидев картину, забила тревогу, и они решили вызвать скорую помощь, которая и доставила пациента к нам.

Пациент лежал на каталке. Мужчина 45 лет, худощавый, самостоятельно не передвигается. В 90-х годах мужчина попал в ДТП и получил черепно-мозговую травму. Была выполнена трепанация, после которой начались осложнения, и пациент перестал ходить. Таким образом, пациент около 30 лет лежит на кровати или передвигается в инвалидной коляске. Ухаживает за ним жена, а дочь помогает.

При осмотре — температура тела 37,6. Язык сухой, частично обложен беловато-желтым налетом. Живот умеренно вздут, симметричный. В дыхании практически не участвует. При пальпации напряжен, болезненный во всех отделах, больше в правой подвздошной области. Симптом Щеткина — Блюмберга положительный, в отношении таких пациентов хирурги используют сленговое словечко «щеткует». Симптом Менделя положительный (болезненность при простукивании передней брюшной стенки). Перистальтика вялая, едва выслушивается. Ректально ампула пустая.

Гемодинамика стабильная: АД — 95/60 миллиметров ртутного столба, ЧСС 102.

• Клинический анализ крови: лейкоциты 17×109, эритроциты 3,2×1012, гемоглобин 138 г/л, лейкоцитарная формула — сдвиг влево.

• Биохимический анализ крови: АЛТ 57 ед./л, АСТ 42 ед./л, амилаза 56 ед./л, липаза 40 ед./л, мочевина 7,5 ммоль/л, С-РБ 390 мг/л.

• Общий анализ мочи: без изменений.

Я направил пациента на УЗИ. Была выявлена свободная жидкость в брюшной полости в большом количестве. Подозрение на свободный газ.

На рентгенограмме: пневмоперитонеум, то есть газ в брюшной полости, pneuma в переводе с греческого означает «воздух».

Это патологическая ситуация, поскольку в норме в брюшной полости газа нет совсем. Он выделяется при перфорации полого органа (например, кишки).

Предварительный диагноз: Перфорация полого органа. Перитонит.

Пациент был экстренно переведен в операционную.

С момента его поступления прошло около часа, за это время ему были сделаны клинический и биохимический анализы крови, общий анализ мочи, рентгенография и УЗИ органов брюшной полости, проведена консультация терапевта.

Анестезиологи, подготовив пациента к операции, дали наркоз.

Проводя гигиеническую обработку рук перед операцией, мы с коллегой предположили, что же там все-таки может быть. «Наверное, из-за непроходимости произошла перфорация кишки», — подумали мы…

Лапаротомия. В брюшной полости обильное количество жидкости. Зловонный запах. По дальнейшему анализу выяснилось, что извлекли 1200 миллиметров гноя, который имел зловонный запах гнили.

Ревизия. Поиск источника гноя. Это оказался червеобразный отросток (аппендицит) гангренозный с перфорацией, которая, видимо, произошла уже давно. Из-за этого сальник[29] был частично некротизирован[30].

Мы с коллегой удалили мертвую часть сальника, направили на гистологию[31]. Сам аппендикс был черный с багрово-малиновым оттенком. Полностью сгнивший.

Брюшную полость тщательно промыли растворами антисептиков, поставили два дренажа, наложили швы и перевели пациента в реанимацию. Через две недели его уже выписали.

Почему же эта история названа «коварный аппендицит», я думаю, вы уже догадались. Воспаление маленького червеобразного отростка может давать тяжелые осложнения с возможным развитием летального исхода.

Берегите себя, обращайтесь к врачам, не занимайтесь самолечением.

Дорогие читатели, если болит живот, ни в коем случае нельзя принимать обезболивающие препараты, клиническая картина сразу становится смазанной, боли исчезают, а проблема не решается.

<p>Во всем виноваты врачи, или немного о жалобах</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии