Он радоваться может, как мальчишка.
Взяв лупу в руки, в монитор взирая,
Он видит марку там и… преступленье:
Не в месте том втесалась запятая –
Глаз зоркий уловил в одно мгновенье.
Быть следакóм намного интересней,
Чем слыть поэтом, чай и пыль глотая.
Ведь лупа открывает путь небесный,
Богатства олигархов раскрывая.
Нет запятой – о, сколько же налога
Укрыл магнат, не подстелив соломку!
Не то, что половины будет много,
Но сотой доли хватит для потомков.
Материалы, размещенные на сайте Следственного комитета Российской Федерации, могут быть воспроизведены в любых средствах массовой информации, на серверах сети Интернет или на любых иных носителях без каких-либо ограничений по объему и срокам публикации. Перепечатка материалов, а также цитирование в СМИ допускается только при условии ссылки на сайт Следственного комитета Российской Федерации, как первоисточник информации.
Коль ум увлёкся Франкфуртскою школой
ДИАЛЕКТИКА ПРОСВЕЩЕНИЯ
Кто выпадает из гнезда попарно
Друг в друге деревянно укрепиться
Как если бы Хоркхаймер и Адорно
Или крыло да птица
Когда мы шли поверженной Москвою
Никто не падал но чепцы взлетали
И солнце жгло, как будто золотое
Или часы на Киевском вокзале
Где человек с лицом оригинала
Но телом копии сказал с упрёком
Что мною совершённое так мало
Так блин жестоко
Што ж пишешь ты в одном и том же роде?
А я и сам в одном и том же роде.
И если говорить не о свободе,
То я – свободен.
Коль ум увлёкся Франкфуртскою школой
В Москве не надо с ходу приземляться
Двум мудрецам не стоит по приколу
В империи рождаться
Самим вам лучше съехать втихомолку
Или придётся жить в провинции у моря
Шагая по Москве лишь кривотолкам
Дадите повод головы позоря
Лицо оригинала поначалу
Конечно в память врежется как жало
Пчелиное, осиное ль, но после –
Сушите вёсла.
И снова Франкфуртских философов потоки
Свобода – тут и Маркс, и старый Гегель.
Адорно и Хоркхаймер не жестоки –
Господь свидетель.
Подшофе
ИЗ ГОСТЕЙ
Грязный асфальт под ногой плывёт
И ни руля ему, ни ветрил
Я вот про Брежнева анекдот
Вспомнил, но, веришь ли, нет, забыл
В чём этой шутки старинной соль,
Как и другой золотой запас
Наспех рассыпанная судьбой
В землю, которая примет нас.
ПОДШОФЕ
Только что помнил и вдруг забыл
Вот незадача: склероз рулит
Возраст мозги мои раздавил
С памятью – бешеный дефицит.
В детстве медведь наступает так
Больно на уши, чтоб петь не смог
Чтобы весь слух как ручей иссяк
Что бы ни вытворял педагог.
Пешком
В ТАКСИ
На стенке написано нужное слово!
Но к стенке не ставят, а садят в машину.
Уже непослушное сердце готово,
Но мёртвой петлею и скоком блошиным
Плетётся такси по окрестностям рая.
Я был далеко – я вернулся обратно.
Такая привычка – гореть не сгорая
И в бездны заглядывать аккуратно.
ПЕШКОМ
Однажды заметил Высоцкий, что даже
В Париже строча́т на наречии нашем9
:Мол, стены местами исписаны словом,
То ль нужным, а то ли не годным, суровым.
Идти надо чётко, куда посылают.
А значит, не прямо, а ровно обратно.
Коль трудность маршрута тебя не пугает,
То в бездну глядеть можно не аккуратно.
Колодец и колокольня
НА МОТИВ Г.ИВАНОВА
Лежащая на дне колодца
Аляповатая звезда
Не вырвется, и не взорвётся
Теперь уж точно – никогда.
На это маленькое горе
Плевать колодезным волнам –
Ведь и они не станут морем…
А в сущности, плевать и нам.
КОЛОДЕЦ И КОЛОКОЛЬНЯ
Плюются все: и в хвост, и в гриву.
В колодец и вокруг себя.
И нет предела рецидиву:
Опять плевки кругом бомбят.
В колодец плюнул и довольный?
Так пусть тебя не возмутит,
Когда с высокой колокольни
Плевок «обратно» прилетит.
Всё в жизни бывает в раз первый
ЛЕСТНИЦА
Мы водку допили в подъезде,
Мы на пол присели, и вот
Сидим, осовевшие, вместе,
И небо сейчас упадёт.
Минута, другая. Накрыла
Горячего света волна.
И всё, что до этого было,
Не так хорошо, как она!
Всё в жизни бывает в раз первый,
Потом в раз второй и ещё.
Коль в теле крутые резервы,
И в сотый не порабощён.
На тысячепервой бутылке
(коль водка вседневный продукт)
Волна световая в могилку
Сведёт даже стойких пьянчуг.
Точно по курсу идёшь
ЛУНА
Так и бредёшь, в голове – ни рубля.
Вспомнишь о юности, думаешь – блин,
Дал, понимаете, кругаля,
Да и вернулся в свой карантин.
Самое время родную луну
Видеть сквозь сетку нечаянных слёз.