Карл открыл глаза и увидел, как под его ладонями кривыми линиями поползли трещины. Синий дисплей лихорадочно мигал, механический голос заикался. Надо успеть, пока управление гильзы не сдохнет совсем, а сама она не разлетится на куски. Карл дал команду. Корпус гильзы с трудом опускался, его шатало из стороны в сторону. Боковая часть летательного аппарата лопнула, и бок Карла продуло диким воздушным потоком. Карл ощутил сильное притяжение. Его тянуло вниз, как в тот раз, когда он боролся с пастью. Теперь перед взором Карла предстала точка, которую образовали почти смыкающиеся щупальцами Куррка.
Карл нахмурил брови. Он всегда так делал, когда ему надо было как следует сосредоточиться. Его тело вжалось в маленькое пространство гильзы, а пальцы схватили воздушное месиво, которое прорвалось сквозь треснувшееся насквозь стекло. Острый край гильзы коснулся конечной части нескольких щупалец Куррка. Пришелец ощутил, будто их обожгло огнём, но пространство выпускать не хотел. Жгло сильнее, на чёрной коже появилось сито из тысячи крупинок пота: от самого конца и до верха, до той части, где начиналась ладонь.
Куррк закусил зубами нижнюю губу и наморщил лоб. Однако терпеть боль он больше не мог и выпустил края свернувшегося почти в трубочку голубого пространства.
Противостояние продолжается
– Хвалёные щупальца годятся только на лапшу, – нарушил тишину Карл, покосившись на Куррка.
Пришелец стоял напротив него, задумчивый, молчаливый, его щупальца шевелились в пространстве так, будто искали что-то. Если бы у Куррка были пальцы, он с удовольствием постучал бы ими по чему-нибудь плотному. Так, чтобы снять возникшее после провала напряжение. Но пальцев у него не было, как и чего-то плотного. Только щупальца и воздух.
– Игра ещё не окончена, – уклончиво ответил Куррк, ответно косясь на Карла. В его взгляде скользила решимость одолеть противника во что бы то ни стало. – То ли ещё будет впереди.
Снова показался прозрачный шар. Как победитель первого раунда, Карл сделал ход первым. Его фигура изображала какую-то неровную линию, похожую на змею. Куррк вытащил фигуру, на которой был нарисован объятый пламенем полумесяц.
Когда состязания начались, Карл стоял на скользкой поверхности, напоминающей лёд, и разглядывал подобие стального яйца размером со страусиное, которое было у него в руках. Оно было совершенно литым. Что делать с этим яйцом? Пуляться, как и теми шарами? Но если он пульнёт это яйцо, кто даст ему второе? Нет, тут дело в другом. Но в чём?
Куррк находился возде него в нескоьких шагах. Щупальца пришельца обвивали нечто, похожее на рога буйвола. Они имели кристально белый оттенок. Куррк перебрасывал эту странную вещь с одного щупальца на другой, переворачивал вверх тормашками, подносил ближе к лицу и отдалял. Тоже пытался понять, в чём её предназначение. На секунду он остановился, чтобы приглядеться к снаряду Карла. Затем снова оглядел свои рога, заострив внимание на одном из рогов. Это ведь единственная часть, которая могла бы причинить хоть какой-то вред. А почему бы тогда не попробовать разбить это яйцо этим рогом?
Сильно, яростно.
Куррк ощутил прилив крови к своим щупальцам. Ему не терпелось попробовать то, о чём он только что подумал. Взметнув щупальца, пришелец пустил в Карла свой рог. Снаряд взлетел, переворачиваясь в воздухе, как вертушка, вокруг него образовались языки пламени. Карл заметил летящий в него рог и пригнулся. Тот просвистел в воздухе, вернувшись к своему хозяину, как бумеранг. Поймав его, Куррк довольно ухмыльнулся. Ну надо же, как всё просто! Его ещё развеселило то, что Карл до сих пор не разобрался со своим снарядом.
Карл уже понял, что теперь ему надо делать ход, иначе последует второй от Куррка. Но как? Он прощупал яйцо – никакой реакции. Что за бестолковая штука? Куррк не дремал: вертящийся рог вертелся снова, прорезая голубую дымку и целясь в Карла. Землянин сделал неуклюжий прыжок, его ступни предательски заскользили. Потеряв равновесие, он упал, выронив яйцо из рук и больно стукнувшись коленками и подбородком о ледяную поверхность. Инопланетное яйцо раскололось надвое, как случилось бы с обыкновенным земным яйцом. Одна из его половинок заскользила куда-то в сторону, видимо от того, что была лёгкой и пустой, а вот вторая осталась лежать на месте, словно имела какой-то вес. Из неё вылезло нечто, напоминающее слизняка, только в десятки раз длиннее: как половина руки Карла, до локтя. Слизняк медленно извивался в воздухе своим склизким и шершавым тёмным тельцем, словно хотел вырасти и дотянуться до самого купола этой арены.