Изучив все доступные данные по чужакам и их технологиям, в частности, полученные после разгрома нескольких баз так называемых квадроидов, ученые выдвинули теорию некоего разгонного механизма, позволившего кергарцам отправить столь огромный флот на расстояния, много превышающие возможности их двигательных систем. Если по-простому, то кораблями просто выстрелили через искривление подпространства в определенную точку космоса, заранее ограниченную специальными сигнальными метками. Несколько подобных конструкций, похожих своим видом на гигантские металлические снежинки, были обнаружены земными зондами дальразведки еще пару десятков лет тому назад, и хоть земные ученые почти сразу определили, что это какие-то широкополосные ретрансляторы, настоящее их предназначение до последнего времени было непонятно. Зато потом пазл неожиданно сложился.
Более пяти лет кергарские корабли находились в пути, а затем еще полгода шли на своих пространственных двигателях, чтобы достигнуть сегодняшнего местоположения. Естественно, в месте первоначального выхода, когда экипажи только просыпались от холодного сна, уничтожить их было проще всего, вот только о координатах этой точки стало известно после расшифровки информации, переданной с Кириллом таинственными доброжелателями. Дальше было дело техники. Кергарские, впрочем, как и торкленские, корабли (если судить по рассказам Кирилла) отличались одной особенностью: они не могли идти в надпространстве долгое время из-за перегрева туннельных генераторов. Им нужно было вывалиться на несколько часов в обычное пространство, сбросить напряжение с обмоток фокусирующих пластин, затем разогнаться и вновь прыгнуть. Естественно, у каждого корабля это время варьировалось, но флот должен был держаться вместе, поэтому выходы происходили с определенной периодичностью, что позволило земным станциям рассчитать маршрут и очередную точку почти со стопроцентной вероятностью. Вот только Марк сомневался, правильно ли они поступают, решив перехватить чужаков в районе очередного выхода, не проще ли было подпустить их ближе к границам Анклава, возможно даже позволить захватить пару окраинных систем, чтобы они несколько подувязли, распылили силы. Это было бы более логично со стратегической точки зрения, к тому же наверняка заставило бы быстрее шевелиться кое-какие задницы в Совете. Более логично, но… Дорнер на миг прикрыл глаза: голоса людей, горящих в огне орбитальной бомбардировки, глаза гибнущих детей, полные слез и надежды, мольбы о помощи, проклятия, посылаемые бездушным несущим погибель небесам, они до сих пор звучат в его голове, заставляя просыпаться по ночам в холодном поту. Нет, с тактической точки зрения это был верный шаг, позволивший ему спасти большую часть флота и нанести саксонцам несколько серьезных поражений, но стоило ли оно того? Вполне возможно, что Кирилл поступает куда мудрее, чем он в свое время, выбрав стратегию прямой атаки, пытаясь защитить всех, кого сможет. В конце концов, его совесть будет чиста, а там – со щитом…
– Командор, – голос Кирилла вывел Марка из раздумий и неожиданно накативших воспоминаний, заставивших кулаки судорожно сжаться. – Вы не согласны с моим решением?
– Да как тебе сказать, – Дорнер огляделся в поисках утилизатора и, не найдя оный, сунул потухшую сигарету обратно в пачку, после чего спросил: – Значит, ты предлагаешь дать бой здесь?
– Именно. Здесь и сейчас, причем бить безжалостно. Командор, вы должны понять, что кергарцы – это не люди, хоть немного и похожи. Они саранча, разумная космическая саранча: умны, безжалостны, всеядны, быстро плодятся. Если они расползутся по Анклаву, будет плохо, очень плохо.
– Что ж, возможно, ты и прав, – Марк скользнул взглядом по полному холодной решимости лицу Кирилла и, вздохнув, спросил: – Знаешь, что означает герб академии? – Его глаза указали в сторону выгравированной на стене мостика восьмиконечной звезды. – Не задумывался?
– Говорили что-то на лекциях, только давно это было, – Кир наморщил лоб. – Вроде символ надежды и спасения.
– Именно. А еще вот этот щит посередине говорит о защите, а древняя латинская буква «V» на нем от слова «Victory» – победа.
– Спасем, защитим, победим.
– Все верно, – кивнул командор. – Однако мало кто задумывается о другом значении. Эта звезда ведь еще и так называемая «Роза компаса» – символ путешественников, исследователей, первооткрывателей. А щит и слово «победа»… Грубо говоря, вперед в неизведанное, а уж там со щитом или на щите…
– Вот как, не знал, – Кирилл задумчиво посмотрел на герб. – Только к чему вы это говорите?
– Просто так, – пожал плечами Марк. – Как-то к слову пришлось.