Читаем Исторические записки. Т. V. Наследственные дома полностью

На шестом году своего правления [523 г.] ван отправил наследника Цзяня жить в городе Чэнфу, чтобы оборонять границы царства[781]. У-цзи продолжал денно и нощно наговаривать на наследника: «С тех пор как я, У-цзи, привез девушку из Цинь, наследник озлобился на меня и не может не утратить веру и в Вас, правитель[782]; Вам, ван, следует как-то обезопасить себя. К тому же наследник, проживая в Чэнфу, будет по своей прихоти командовать войсками, устанавливать внешние связи с чжухоу, имея, несомненно, намерение войти в столицу Чу». Пин-ван призвал к себе наставника наследника У Шэ и стал упрекать его. Тогда У Шэ, знавший, что У-цзи — клеветник, сказал: «Почему же Вы, ван, из-за своего мелкого слуги отдаляете от себя сына — Вашу кость и плоть?». На это У-цзи возразил: «Если сейчас не найти на него управу, придется в дальнейшем раскаиваться». После этого ван посадил У Шэ в тюрьму. [Затем он призвал двух сыновей У Шэ и сказал им, что они могут избавить своего отца от смерти][783]. Затем ван приказал начальнику военного приказа Фэн Яну призвать наследника Цзяня [в столицу], с тем чтобы убить его. Наследник, узнав о вызове, бежал в [197] княжество Сун. У-цзи сказал вану: «У У Шэ есть двое сыновей, если их не убить, они станут источником бед для Чу. Пожалуй, стоит призвать их сюда под предлогом того, что их приезд избавит отца от смерти. Они обязательно прибудут». После этого ван послал гонца сказать У Шэ: «Если вы сумеете вызвать своих сыновей, то останетесь живы. Не сможете, умрете». У Шэ ответил: «Шан приедет, а Сюй не приедет». Ван спросил: «Почему?». У Шэ ответил: «Шан как человек бескорыстен, может умереть, выполняя долг, отличается добротой, почитает родителей, поэтому, услышав, что его приезд может спасти отца, непременно явится, несмотря на то что это грозит ему смертью. Сюй как человек умен и любит разрабатывать планы, он отважен и гордится своими заслугами, поэтому, зная, что приезд грозит ему смертью, он ни в коем случае не явится. Однако именно этот мой сын создаст беспокойство для Чу». Следом Пин-ван послал гонца призвать сыновей У Шэ и сказать им: «Приезжайте, и я освобожу вашего отца». У Шан сказал У Сюю: «Если мы не поспешим выехать, зная, что это спасет отца от смерти, значит, проявим непочтение к родителю. Если отец будет казнен, а мы оставим это без отмщения, значит, проявим отсутствие дальновидности. Если мы, учитывая все наши возможности, [сразу] приступим к делу, значит, проявим мудрость. Вы, брат, бегите, а я вернусь туда, где мне грозит смерть». После этого У Шан вернулся [к отцу], а У Сюй, натянув лук и вложив в него стрелу, вышел к гонцу и спросил: «Отец обвиняется в преступлении, а зачем же призывают его сыновей?». Когда он уже хотел выстрелить из лука, гонец бросился в обратный путь, а Сюй следом бежал в царство У. Услышав о бегстве сына, У Шэ воскликнул: «Бегство Сюя создало опасность для царства Чу!». Затем чусцы убили У Шэ и У Шана. На десятом году правления Пин-вана (519 г.) мать чуского наследника Цзяня, которая жила в Цзюйчао, указала войскам У [пути] нападения на Чу[784]. Правитель царства У послал княжича Гуана напасть на Чу, который по пути нанес поражение княжествам Чэнь и Цай, захватил с собой мать наследника Цзяня и ушел обратно. Напуганный этим чуский ван стал обносить стенами столицу Ин.

[Следует сказать, что] в прошлом как-то женщины [подростки] пограничного селения Билян в У и пограничного селения Чжунли в Чу поспорили из-за тутовых деревьев; обе стороны взаимно озлобились и стали нападать друг на друга, в результате было убито несколько жителей Биляна[785]. Рассерженный билянский сановник послал своих сельских стражников напасть на Чжунли. Чуский ван, узнав об этом, разгневался и послал царских солдат уничтожить Билян. Уский ван, узнав об этом, [в свою очередь], пришел в ярость и тоже послал солдат, повелев княжичу Гуану, следуя советам семьи матери [чуского наследника] Цзяня, напасть на Чу. Тот следом уничтожил поселения Чжунли и [198] Цзюйчао. Напуганный этим правитель Чу стал обносить стенами столицу Ин[786].

На тринадцатом году своего правления (516 г.) Пин-ван умер. Военачальник Цзы-чан [в связи с этим] сказал: «Наследник Чжэнь еще мал, к тому же его мать как раз та женщина, на которой сначала должен был жениться наследник Цзянь», и он намеревался поставить у власти занимавшего пост первого советника — линъиня — Цзы-си. Цзы-си был младшим сводным братом Пин-вана, родившимся от наложницы. Он отличался справедливостью. Но сам Цзы-си сказал: «В государстве имеются твердо установленные законы. Изменение престолонаследия вызовет смуту. Кто будет говорить о подобном, подлежит казни». После этого у власти поставили наследника Чжэня; это был Чжао-ван.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги

Шахнаме. Том 1
Шахнаме. Том 1

Поэма Фирдоуси «Шахнаме» — героическая эпопея иранских народов, классическое произведение и национальная гордость литератур: персидской — современного Ирана и таджикской —  Таджикистана, а также значительной части ираноязычных народов современного Афганистана. Глубоко национальная по содержанию и форме, поэма Фирдоуси была символом единства иранских народов в тяжелые века феодальной раздробленности и иноземного гнета, знаменем борьбы за независимость, за национальные язык и культуру, за освобождение народов от тирании. Гуманизм и народность поэмы Фирдоуси, своеобразно сочетающиеся с естественными для памятников раннего средневековья феодально-аристократическими тенденциями, ее высокие художественные достоинства сделали ее одним из наиболее значительных и широко известных классических произведений мировой литературы.

Абулькасим Фирдоуси , Цецилия Бенциановна Бану

Древневосточная литература / Древние книги
Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Гянджеви Низами , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги