Читаем История жизни в авторской обработке полностью

Ирина была мечтательницей. Она ехала к подруге и мечтала. Напротив сидел очень красивый мужчина. Ирина мечтала о нем. Это была любовь с первого взгляда.

За окном мелькали усыпанные снегом поля и леса, сонные деревни и маленькие, наряженные к праздникам города. День выдался морозным и солнечным, мечты – романтичными.

«Интересно, как его зовут? – думала Ирина. – Он очень похож на иностранного актера. Такого красавца вполне могли бы звать Рупертом. Когда он только что разговаривал по телефону, наверное, с другом, в его лице было что-то мальчишеское. Наверняка любит рыбалку. Интересно, к кому он едет? К жене? Или к невесте? Если бы я была беллетристом, то написала бы роман о том, как однажды зимой… в веке эдак в XVIII, иностранец по имени Руперт приехал в Россию. Он долго трясся по нашим дорогам в возках и санях, его щегольской гардероб оказался совершенно не приспособлен для русских зим, ноги совсем замерзли в сапогах из тонкой кожи, но Руперт их не снимал, потому что в каблуке тех сапог была спрятана тайная печать. Руперт был масоном…»

Но вдруг молчаливый попутчик Ирины посмотрел в окно, повернув голову так, что наша мечтательница увидела его лицо в профиль.

«Ричард! – сразу же пронеслось в ее голове. – С таким носом это не Руперт, а Ричард. И живет он не в XVIII веке, а в XII и отлично орудует мечом. Рыцарь. У него есть дама сердца – недосягаемый идеал…»

Вот тут-то в голове Ирины неожиданно и раздался веселый голос Наташи.

Что сказал веселый голос Наташи:

Это ты еще не видела его…эээ… спину!

Спина тоже оказалась великолепной. Ирина оценила ее во всей красе, когда выходила из вагона. Они с Любовью-с-первого-взгляда сошли на одной станции. Только Любовь уверенно направилась к торговым рядам, что расположились около вокзала, а Ирина пошла искать такси.

«Даже имени его не знаю», – сокрушалась она, садясь в машину с черно-желтыми шашечками.

10

Любовь и правда имела звонкое имя на букву «Р». Не Руперт, конечно, и даже, увы, не Ричард. Любовь звали Ромой. Он шел к небольшой стоянке у торговых рядов, потому что его там ждала машина.

– Ромка, я здесь! – послышался голос друга.

Он обернулся и, замахав в ответ, бодро направился к Леньке, которого не видел целых три года.

– Как доехал?

– Нормально. Слушай, мне надо еще купить цветов.

– Какие цветы? В Новый год елки ставят.

– Елки елками, а в цветочный магазин завернем.

– Хорошо, садись, джентльмен несчастный. Заедем на обратном пути. Только сначала нам надо на почту. Представляешь, догадались принести извещение 31 декабря, меня ж теперь без посылки домой не пустят. Очень надеюсь, что в последний день года народа в отделении будет немного.

11

Встреча Ирины и Маши прошла шумно и сумбурно. Эмоции зашкаливали, степенность отсутствовала. Объятия, радостные возгласы, перескакивания с одной темы на другую, сумки в коридоре, кот под ногами и полная неразбериха.

– Неужели ты все-таки добралась? Дай я на тебя посмотрю!

– Вот эта сумка с продуктами, ее надо сразу разобрать.

– Да проходи скорее, сейчас тапочки дам.

– Какой кот!!!

– Это не кот, это троглодит.

– Слушай, а ведь сегодня флешмоб, у меня фотка на телефоне, надо ее на форум скинуть.

– Точно! А у меня праздничный торт со снежинками! Он на балконе. Сейчас вытащу его и сфоткаю.

– А вот это, – Ирина, вынула из сумки маленькую коробочку, открыла ее и протянула подруге, – украшение для твоей новогодней елки.

– Какая прелесть!

Маша поставила принесенный с балкона торт на стол и взяла в руки хрупкую фигурку.

– Сейчас мы ее повесим.

И Балерина оказалась на новогодней елке.

12

Получив почетное место рядом с большим голубым шаром, Балерина начала оглядываться по сторонам. Вокруг было много красивых, но довольно старых игрушек, поэтому красавице скоро стало грустно. Все украшения давно друг друга знали, они переговаривались между собой, на что-то намекали, смеялись общим шуткам. Очень трудно присутствовать на празднике в чужой семье – часто чувствуешь себя одиноким. Даже шар предпочитал переливаться своим перламутровым боком для хлопушки, а на Балерину никто, совсем никто не обращал внимания! Разве только кот, который попытался добраться передними лапами до ее балеток, что ему, впрочем, не удалось.

И тут раздался звонок в дверь.

– Ирин, открой, пожалуйста, а то у меня руки в рыбе! – послышалось из кухни.

Ирина пошла в коридор, открыла дверь… и онемела. На пороге стоял он – рыцарь-масон по имени Руперт-Ричард. В одной руке это сногсшибательное создание держало большой букет роз, а в другой – горшок с орхидеей.

– Кто там?

– Тут… пришли… с этим… с горшком…

– Что? Не слышу!

– Давай-давай, проходи, не стесняйся! – подталкивал друга в спину Леня.

Ирине пришлось отойти в сторону, чтобы впустить в квартиру пришедших. Она не чувствовала ног и слышала только собственный пульс, который эхом отдавался в висках.

Пульс Ирины, увидевшей горшок с орхидеей в руках Любви:

120 ударов в минуту.

13

Перейти на страницу:

Все книги серии Чаепитие с книгой

Пять лепестков на счастье
Пять лепестков на счастье

Пять дней – это много или мало? Что можно успеть сделать, а от чего – отказаться?У Дмитрия Одинцова, направлявшегося на важную деловую встречу, в дороге ломается машина, и он останавливается переночевать в маленькой провинциальной гостинице. Чем окажется для него пребывание в городе, который готовится к фестивалю? Может, это возможность сделать передышку в бесконечной жизненной гонке, познакомиться с новыми людьми, вернуть любовь? И даже стать участником неожиданного открытия…Кажется, судьба дала второй шанс. Есть целых пять дней, чтобы изменить свою жизнь и начать все сначала.В своем новом романе Наталья Литтера доказывает: сквозь времена и расстояния одно остается неизменным – человек с его страстями и слабостями, живущий в надежде на счастье, стремящийся к нему и в упор его не видящий.Психологизм, необычность композиции, и, наконец, характеры героев, живые и осязаемые, – всё это черты прозы автора.

Наталья Литтера

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука