Чандра была на рабочей конференции в другом городе, когда встретилась с двумя подругами в баре. За соседним столиком сидели двое мужчин, которые послали девушкам бутылку вина, а затем подсели к ним. Чандра выпила два бокала – и это было все, что она выпила в тот вечер. Она проснулась через несколько часов в чужом номере, будучи изнасилованной и в состоянии наркотического опьянения. Она отправилась в больницу и сообщила об изнасиловании, но процесс медицинского освидетельствования только усугубил травму, особенно неуместные и лишенные сочувствия комментарии медсестры. Ее насильник, резидент другого государства, был идентифицирован, но Чандра решила, что для ее здоровья будет лучше, если она не станет начинать длинный, напряженный, дорогостоящий и потенциально еще более травмирующий судебный процесс ради попытки добиться какого-то правосудия.
Спустя примерно год после инцидента Чандра обратилась ко мне. Она часто страдала от действия триггерных факторов, и ей трудно было выстраивать границы. После изнасилования она связалась с подругами, с которыми была в тот вечер, но, на удивление, почти не встретила поддержки и сочувствия, что причинило ей еще бо́льшую боль. Учитывая реакцию медсестры и подруг, Чандра боялась открыться кому-то еще, но ей хотелось понимания, сочувствия и поддержки от тех, кто был ей дорог, особенно от матери.
В процессе терапии мы проработали глубокое чувство неоправданного стыда, который я описала в прошлом разделе и который так часто встречается у жертв насилия, и в результате Чандра смогла обратиться к матери за поддержкой. Вскоре девушка пришла ко мне вместе с мамой. Это дало ей возможность открыться и рассказать о полученной травме и симптомах, которые возникли в результате. Этот прорыв оказался очень важным в процессе исцеления, потому что Чандра наконец смогла получить ту поддержку, в которой так нуждалась.
Через несколько недель Чандра узнала, что ей предстоит снова ехать в тот же город, на ту же конференцию и, что еще хуже, компания собиралась заселить ее в тот же отель. Девушка приходила в ужас от мысли, что ей предстоит вернуться в то место, где ее изнасиловали, и она очень боялась, что потеряет контроль над эмоциями прямо на глазах у коллег, которые понятия не имели о том, через что она прошла. Мама предложила сопровождать ее и поддерживать во время конференции, но Чандра переживала, что коллеги ее не поймут.
Мы обсудили то, как присутствие матери может помочь здоровым образом урегулировать активность нервной системы и снизить риски возникновения триггерных факторов от нахождения в том же самом отеле. Мы также обсудили, как она сможет выстроить границы при общении с коллегами в том, что касалось присутствия ее матери. Чандра решила принять ее предложение. Ее мама была рядом с ней в то время, когда страх был особенно силен: накануне конференции и после нее, и проявила себя как прекрасный союзник, оказывая дочери поддержку. Она даже поговорила с охраной отеля от лица Чандры, назвав им имя и описав внешность насильника, чтобы они были настороже, если вдруг он решит вернуться и повторить свое преступление.