Читаем Канава полностью

Перепёлка начал, было, уже вставать, но Андрей не шевелился. Он смотрел на меня. А я искал очередную бумажку в своей папочке. Неужели забыл? Не, я нудный, ничего забыть не могу.

- Ты сядь, сядь, князь Глеб. Вот чертёж порогов Днепровских и окрестностей.

Ага, точно она. Разворачиваем "ногами" к зрителям и тычем пальчиком.

- Вот так, с севера, от Киева, течёт Днепр. Поворачивает на восток, потом на юг и прорывается через пороги. Вот ниже Хортица. Снова поворачивает. На юго-запад, к морю Греческому.

- И с откудава ты такое разглядел?

- С моих Дятловых гор далеко видать.

Я взглянул на Боголюбского. Надо объяснить.

- Два года назад батюшка мой, Аким Янович Рябина, выдал дщерь свою Марьяну за прохожего князьца аланского Урдура.

Кивает, вспомнил.

- Аким Янович, дабы дочке в чужой земле ущербу не было, пошёл проводить зятя до его порога. Два года провожал. Вина там попил немерено... Возвращаясь по Днепру, проходил этими местами. И сделал такой чертёж. Это список попроще. Есть и подробнее.

"Список" на Руси - не перечень чего-либо, а копия. Оригинал карты, привезённой Акимом, никому показывать нельзя - она вся в пятнах. Есть и кровавые, но больше рыба и сало. Я как увидел в первый раз - так удивился, что не подумавши спросил:

- А задницу подтирать не пробовал?

Аким ответил... Мда... И мы с ним долго... дискутировали. Экстатически.

Андрей кивнул. Про поход Акима он в курсе, объяснение принято. А вот остальные разинули рты.

Оказывается, это всё не с бухты-барахты, но задумывалось давно, ещё до того, как князя Андрея на Великое Княжение позвали. И тогда про Иерусалим - не истерика глубоко уверовавшего, с примесью пророкизма и мистицизма. Не фуфло всякое и прожекты беспочвенные. Не стремление привлечь внимание государя или "наобещать красиво" своему свежему фавориту. За бредом, за сомнительным трёпом, за тёмными рассуждениями о непонятных материях и сомнительных выгодах - давняя, уже несколько лет, работа многих людей в разных странах.

Если это и бред, то давний, заматерелый. А если не бред...?

Если Ванька-лысый давно уже эту думу думает, эту тропу топчет, то... Я бы предположил: "нет ли у него ещё козырных тузов в рукаве?". Но здесь в карты не играют. И соответственно, "пятого туза" в колоде не имеют.

"Тузы" из меня посыпались там, где и не ожидал.

- Иване... А это у тебя что?

- Как что? Чертёж земли. Окрестности Днепра. Вот пороги, притоки...

- Не-не. Оно нарисовано на... на чём?

Глебушка сидит рядом со мной, ему хорошо виден рисунок, уткнулся в лист носом, потянул к себе, пощупал.

Предыдущий рисунок - карта Степи - на пергаменте. А этот...

- Это то, на чём ты нам книжки разные посылаешь? А что это? Я у учителей своих спрашивал - они такого не знают.

Блин! Я такое серьёзное дело закручиваю! Всё боюсь, чтобы не сбиться, а меня по всяким пустякам... Однако на вопрос ребёнка нужно ответить. Иначе он больше не спросит и так и вырастет... неотвеченным.

- Материал называется бумага.

- Чего?! Какой такой бум? Папир какой-то...

Перепёлка забрал у Глебушки лист, мнёт его в руках. Сейчас понадкусывает. Не, только надорвал с края. Лист перебрался к Боголюбскому, потом к "гречникам". Эти рассматривают с немалым недоумением. Они в Константинополе на разные письмена насмотрелись. Даже и слово такое знают. Но не про этот материал.

- Бумага... она другая. А это...

- Это бумага, которую делаю я. Она жёстче, глаже, белее. Писать и рисовать удобнее.

***

Почти все европейские народы называют материал для письма производным от слова "папирус".

В 105 г. евнух Цай Лунь в Китае, после серии опытов, предложил другой материал: из коры тутового дерева, конопляного лыка, изорванных рыболовных сетей и ветхих тканей, волокна шелковицы, древесной золы. Всё это смешал с водой и выложил получившуюся массу на форму (деревянная рама и сито из бамбука). После сушки на солнце разгладил с помощью камней. Получились листы бумаги.

Арабы позаимствовали и улучшили. Лет полтораста тому появилась бумажная фабрика в Хативе, Испания. Бумага в европейском средневековье есть. Но почти все называют её "папирусом". Испанский "papel", английский "paper", немецкий "papier". А бумагой называют хлопчатобумажную ткань. Папа Карло купил Буратино бумажную куртку. Из такой ткани.

Я про это - уже...

***

У князей - двойной разрыв шаблона.

1. Материал для письма - не может называться "бумага". Это "харти" по-гречески, по-болгарски. "Chartam" на латыни, "carta" по-итальянски. Папир, пейпа, папел... папирус.

2. Материал для письма - другой. По цвету, фактуре. Совсем не моя "жестяная бумага" из ржаной соломы.

- Как это - "я делаю"?

Пожимаю плечами. Что тут непонятного?

- Не я, конечно, работники у меня. Есть мастерская, они там... Вон, Искандеру на такой бумаге две книги Плутарха переведённого прислал. На ней писать удобнее. Вот смотри, князь Михалко.

Я забираю у Всеволода дошедший до него лист, переворачиваю и, несколькими линиями набрасываю силуэт Михалко.

- Вот так ты выглядишь сбоку.

- Покажи.

- Господа князья, вы меня смущаете - я не рисовальщик. Моё малевание...

Перейти на страницу:

Все книги серии Зверь лютый

Вляп
Вляп

Ну, вот, попал попаданец. Вроде бы взрослый мужик, а очутился в теле лет на 12–14. Да ещё вдобавок и какие-то мутации начались. Зубы выпадают, кожа слезает. А шерсть растёт? Ну, и в довершение всего, его сексуальной игрушкой сделали. И не подумайте, что для женщин. А ему и понравилось. И всё это аж в XII веке. Какое уж тут прогрессорство. Живым бы остаться. Короче, полный ВЛЯП. Всё по-взрослому.Это — альтернативная история. Не сколько об истории, сколько о человеке в ней. Детям — не давать. Не рекомендовано: лохам, терпилам, конформистам, фрустрирующим, верующим, ностальгирующим, эстетствующим, рафиноидным, ксенофобнутым, ретросдвинутым, нацикам и поцикам. Слишком много здесь вбито. Из опыта личного и «попаданского». Местами крутовато сварено. И не все — разжёвано. Предупреждение: Тексты цикла «Зверь лютый» — ПОТЕНЦИАЛЬНО ОПАСНЫ. Автор НЕ НЕСЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ за изменения психо-физических реакций читателей, произошедшие во время и/или в результате прочтения этих текстов.

В. Бирюк

Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Фэнтези

Похожие книги