Читаем Карта и другие стихотворения полностью

Пока мы с тобой говорили,То знали, что наши словаМечутся между намиСловно форелиВ горных потоках,Захлебываясь от возбужденья,Бледнея от торопливости.Но было нам невдомек,Что слова остаютсяНадолго в нашем общенииИ что тишину,Полную сказанных слов,Можно пощупать руками.И мы осязаем этоВ дни ни зимы, ни лета.

Как река

Иные словаТеряют свой смысл,Как деньгиВо время инфляции.Как рекаВ половодье.Забудьте о них.Отбросьте,Даже если вас мучаетЖажда, даже еслиИх ветер упорно несет.

Воспоминания – сказки для нас

Воспоминания – сказки для нас.Я помню все о себе,Сейчас, когда все прошлоИ когда тому, что прошло,Я дарю голос свой,Свой образ и способы пробужденья,И несколько способов возвращения в мир,Фаршированный злостью, презреньем,Кризисом и вечной гонкой,В которой забыли про старт и про финишБолельщики и бегуны.Врываюсь я в гневные голоса,В которых разума нет,И в умные голоса, в которыхСовсем нету страсти.Воспоминания – сказки про нас.Я все позабыл,И нет больше сказки,В которой нашел бы покой.

Голова над водой

Голова над водой —Лишь настолько,Чтобы видеть дымыВесенних костров.Сожженную землю.Сгоревшие камни.Незажившие шрамы.И там, вдалеке, в тех краях,Куда огонь не добрался,Жизнь сначала увидеть,Как будто пожар мне приснился.Голова над водой —Лишь настолько,Чтоб помнить о шрамах,Об ожогах недавней войны.О сожженной земле.О сгоревших камнях.И о тех, кто огоньРазжигает в наших краях,Спалив элементы природы.И смотреть,Как жизнь возникает с начал,Как ни в чем не бывало.

Касаешься миров

С «Улиссом» в рукахЛистаешь страницы,На которых вопросы ответы дают,Оставаясь вопросамиБез намека на их разрешенье,Прикоснешься к мирам,В которых живешь, листая страницы,И, читая, живешьВ перерывах обыденной жизни,Улетая в миры,Которые так далеки от тебя,Как города, в которых ты не бывал,Как острова, не тобою открытые,Как вершины тех гор,С которых не смог рассмотретьСвою жизнь.

Некие слова

Скоро мне будет столько,Сколько было отцу моему,Каким я его запомнилВпервые.Седины в голове моей больше,Чем у отца, когда я его запомнил.И пока я это пишу,Слышу голос сыновний.Он видит меня,Но пока еще не запомнил,Как склонился его отецНад каким-то листом бумаги,Записывая слова,С которыми он повзрослеет.

Все, что исчезает

Перейти на страницу:

Похожие книги

Истинная сущность любви: Английская поэзия эпохи королевы Виктории
Истинная сущность любви: Английская поэзия эпохи королевы Виктории

В книгу вошли стихотворения английских поэтов эпохи королевы Виктории (XIX век). Всего 57 поэтов, разных по стилю, школам, мировоззрению, таланту и, наконец, по их значению в истории английской литературы. Их творчество представляет собой непрерывный процесс развития английской поэзии, начиная с эпохи Возрождения, и особенно заметный в исключительно важной для всех поэтических душ теме – теме любви. В этой книге читатель встретит и знакомые имена: Уильям Блейк, Джордж Байрон, Перси Биши Шелли, Уильям Вордсворт, Джон Китс, Роберт Браунинг, Альфред Теннисон, Алджернон Чарльз Суинбёрн, Данте Габриэль Россетти, Редьярд Киплинг, Оскар Уайльд, а также поэтов малознакомых или незнакомых совсем. Многие произведения переведены на русский язык впервые. Издание сопровождается статьёй, комментариями и короткими вводными биографиями каждого поэта.

Александр Викторович Лукьянов , Альфред Нойес , Редьярд Джозеф Киплинг , сборник , Уильям Блейк , Эдвард Джордж Бульвер-Литтон

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Антология , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
Сонеты 12, 112 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда
Сонеты 12, 112 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

 Сонет 12 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Этот сонет «о продолжении рода», вошедший в группу «Свадебные сонеты», «Marriage Sonnets» (1—18), которая является начальной частью последовательности «Прекрасная молодёжь», состоящей из 126-ти сонетов. Данная форма стиха прочно вошла в моду, примерно такой, какой мог знать Шекспир из стихотворений английских поэтов предшественников: графа Генри Сюррея (Henry Howard, Earl of Surrey, 1517—1547) и сэра Томаса Уайта (Thomas Wyatt, 1503—1542). Независимо от этого, Шекспир придал сонетам более глубокий смысл используя в качестве литературных приёмов слова-символы, следуя традиции Барнабе Барнса для зашифровки подстрочника, который воспринимался, как поэтические строки с «непонятым контекстом», многие годы не воспринимаемым всерьёз критиками и исследователями сонетов. Когда стало окончательно понятно, что сонеты 12 и 112 связаны линией очевидного «нарратива», имевшего судьбоносное значение для барда, который был чётко сформулирован в строке 13 сонета 112: «You are so strongly in my purpose bred», «Вы так настоятельны в моём предназначении порождённом».  Вне сомнения, выразительная фраза «предназначением порождённым» выражала осознанную необходимость поэта продолжить заниматься драматургией. В тоже самое время, после написания и анонсирования постановок пьес при дворе королевы Елизаветы, используя связи и содействии харизматичного «молодого человека». Который принимал участие а качестве консультанта при содействии Джона Флорио по созданию сюжетов первых двух пьес: «Венера и Адонис» и «Изнасилование Лукреции», по всем признакам очаровательный юноша был любимцем литературного бомонда и несомненно обладал отменным литературным чутьём.

Komarov Alexander Sergeevich;Swami Runinanda

Литературоведение / Поэзия / Прочее / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия / Образование и наука