Откинулся на спинку стула, тот обиженно скрипнул. Не помогло. Встал. Прошелся до стены и обратно. Уставился в переливчатые, морской синевы обои – в упор, словно на свете нет ничего интересней переплетения крашеных вайдой тканей. Наконец, отвернулся. Сел на место.
– Хорошо, – сказал. – Допустим, оставим мы саксов. Но даже проверенным в бою постоянно верить будет нельзя. Будут протаскивать на хлебные места родню, а там – бунтовать. Все саксонское завоевание началось с бунта наемников!
– У нас не будет наемников, – улыбнулся Пенда, – как и рабов. А людей на должности должен подбирать король. И те, кому он доверяет. Саксы они, англы или камбрийцы – не важно. И каков смысл бунтовать, если верных больше?
– Для того, чтобы поддержать иноземное вторжение. На континенте саксы еще остались! Да и кроме них есть кому… Да что там континент! Покажи слабину – и ирландцы полезут. Нет, я стою на своем. Высылка. Погрузить всех, отвезти на континент – и кончено!
Немайн морщится. Чуть заметно, но – есть. Да, она не только не римлянка, но и не камбрийка. Она била саксов–хвикке, и безжалостно гнала со своих земель – до тех пор, пока знала – побежденным есть куда идти. И без того потрепанный Уэссекс теперь вынужден кормить, кроме собственных жителей, еще и беженцев, среди которых женщин и детей куда больше, чем воинов. Расчет. Стратегема. Но и милость.
На такое способны римляне. Быть может, франки. И камбрийцы – только если враг не саксы!
– Если у нас будет пять лет, – говорит Немайн, – иноземное вторжение станет немыслимым. Если не займемся раздорами, а выстроим флот!
– Флот? – Гулидиен смеется, – Не здесь. Не в Океане! Поверь ирландцу, чей род сотни лет защищал земли Камбрии от пиратов. Океан – не река. Даже не ласковое море вроде Римского. Корабли не могут держаться в плавании в любую погоду и патрулировать – как всадники по суше, как корабли же – но по реке. Тот, кто желает сделать набег, всегда улучит момент! Мы чем держимся? Океанские пираты – как коршун, таскающий кур. Перехватить его нельзя. Отпугнуть – не всегда удается. Верней всего – добраться до гнезда, разорить притон.
– Ты прав. Но…