— Возьмёте меня с собой? — спросил Иван. — Я бы с вами прокатился, места бы посмотрел, а там из Надыма ближайшим рейсом — домой. От вас три раза в неделю самолёты в Салехард летают, я дома смотрел расписание.
— Едем, конечно! — обрадовался Костя. — Погостишь у нас, Надым посмотришь. Успеешь ещё в свою деревню.
— Правильно, — поддержал его Сергей.
— Спасибо большое, но мне домой надо, дел много. Не последний день живём, в другой раз обязательно приеду погостить. А ты, Паш, со мной поедешь или в Надыме ещё останешься?
Павел посмотрел на Костю.
— Возьмёшь меня с собой для подстраховки? Маршрут ведь неизвестный, мало ли что в дороге…
— Спасибо, дружище, но мне нужно одному ехать. Я буду всё время на связи. Если с техникой что, Серёга сразу подъедет на помощь. Или ненцам позвоню, те ещё быстрее приедут. А вы лучше останьтесь ещё в Надыме, отдохните. Машина, лодка — всё в вашем распоряжении.
— Ну, тебе виднее… — вздохнул Павел. — Тогда я с Иваном поеду. Двумя лодками всяко веселее из Салехарда домой пилить.
— Ладно, мужики, об этом мы дома подумаем, — Костя поднял стаканчик. — Давайте, как говорили в СССР, за наше светлое будущее!
Закусив семилетний «Арарат» кусочком яблока, Сергей, повернувшись к Жене, спросил:
— А у вас с дедушкой какие планы?
Вэла пожал плечами.
— Это от вас зависит. Что нам нужно сделать, чтобы на Нёйтинских озёрах не открылся этот пункт какой-то помощи?
— Давайте подумаем, — Сергей обвёл взглядом всех присутствующих. — Какие будут предложения?
— На тех озёрах живут люди? — спросил Иван.
Женя покачал головой.
— Нет. Летом стоят два — три стойбища рыбаков, юрок[10]
заготавливают. Зимой тоже останавливаются, когда на север каслают, чтобы рыбы запасти.— Мне кажется, нужно, чтобы на Нёйтинских озёрах постоянно стояли два — три стойбища в несколько чумов каждое. Пускай некоторые даже пустые будут. Будто много людей живёт. Хоть у ненцев, как и у нас, хантов, нельзя, чтобы чум пустой стоял, но ради такого дела можно нарушить обычай. А если кто-то попытается туда что-то поставить, сразу чтобы вызывали ещё людей, чтобы шумели, протестовали и не пускали никого.
Костя усмехнулся.
— Шум где-то посреди дикой тундры не больно-то слышен в кабинетах начальства.
— Это смотря как шуметь! — хитро улыбнулся Сергей. — Иван прав. Если ненцы тут же начнут организованно протестовать и жаловаться во все инстанции об ущемлении своих прав, ещё как услышат. Главное, сразу коллективное обращение ненецкого народа в Международную ассоциацию коренных народов Севера об ущемлении прав и вмешательстве в традиционный уклад. Сразу отступят.
— А почему нельзя, чтобы пустой чум стоял? — спросил Дмитрий. — Я про такое раньше не слышал.
— Если чум долго пустует, в нём нечистая сила заводится, — объяснил Женя.
— Хороший план, — одобрил Павел. — Лучше тут ничего не придумаешь. Только в случае чего нужно ещё прессу и блогеров подключать. Связь есть в том районе?
— Нет. Но у многих тундровиков сейчас спутниковые телефоны и радиостанции имеются. Да это не проблема. Если что, и связь, и Интернет наладим.
Взвесив плюсы и минусы предложенного Иваном плана, все единогласно признали его оптимальным.
— Утром расскажем дедушке, что мы придумали, и, если согласится, мне тоже нужно будет попасть в Ярцанги, всё старикам объяснить, — сказал Женя. — Найдётся для меня место в катере?
— «Мячик» до десяти человек вмещает, — гордо заявил Костя. — А ты старикам собираешься всю историю о сихиртя рассказать?
— Обязательно надо всё рассказать. Не переживай. Если узнают, что это сказал безухий шаман, они организуют дело как надо и лишнего никогда не разболтают.
— Ну, вам виднее, — махнул рукой Костя. — Расскажите-ка, как вы со «Славиром» управились?
Иван и Павел переглянулись.
— Я-то что, — скромно пожал плечами Иван, — выехал на берег губы, куда Пашка сказал, и стал ждать. Нашёл низинку, спрятался там с упряжкой, а ураган такой, что даже не слышно было, как он подъехал. Потом смотрю, вылетает из протоки подушка, и из неё на ходу Паша выпрыгивает. Я к нему, а он ногу подвернул. Дошли кое-как до нарт и обратно поехали. Долго назад добирались, олени сильно уставшие были. Сутки отсыпались потом. Вот и всё.
— Ну а ты, архар горный, чего с больными ногами так скакать придумал? — снова наполняя стаканчики, Костя глянул на Павла. — Остановился бы и вышел спокойно. Дул такой северяк, что катер бы и так в губу утащило.
— Так я же фарватера не знаю. А вдруг мели везде и сел бы он там в устье? И что тогда? Не видно же ничего было. Дождь сплошной стеной лил. Лучше уж перестраховаться. Я обе двери открыл и прыгнул. Думал, правда, что там поглубже будет. Ай, — отмахнулся Павел и взял свой стаканчик, — да чего вспоминать уже. Дело прошлое. Давайте лучше выпьем за всех нас!
Душевно посидев и выпив за беседой ещё не одну бутылку коньяка, разошлись уже далеко за полночь. Женя, Иван и Сергей ушли спать в чум. Остальные остались ночевать в катере.
Глава 9 Домой