В первой главе я рассказывал вам о Кейси – игравшем в бейсбол старшекласснике, которого я лечил в рамках передачи «Врачи». С помощью терапии переработки боли Кейси избавился от мучительных болей в животе. С тех пор как мы виделись в последний раз, он окончил среднюю школу и поступил в местный муниципальный колледж. Он также работал неполный день и играл во взрослой лиге по софтболу вместе с отцом (ну разве не здорово?). Боль не беспокоила его уже два года, и Кейси жилось как никогда хорошо.
До тех пор, пока я не получил неожиданное сообщение от его мамы:
– Привет, Алан, это Диана. Кейси везут в больницу на скорой – у него опять болит в том же месте, что и раньше.
Боль вернулась, и она была достаточно сильной, чтобы вызвать скорую.
Я позвонил маме Кейси и договорился как можно скорее с ним встретиться. Кейси был в шоке. Он думал, что навсегда распрощался с болью. Первым делом я успокоил Кейси, объяснив, что рецидивы случаются. Он уже однажды победил боль и сможет сделать это снова.
Мы обсудили, почему боль могла вернуться. По моему опыту, рецидивы происходят по разным причинам. Иногда какое-то стрессовое событие переводит мозг в тревожное состояние и вызывает боль. Иногда пациент возвращается к старым привычкам вроде провоцирующего тревогу поведения или негативного мышления. Или же пациент получает травму либо думает, что получил.
Кейси думал, что, возможно, потянул мышцу, когда они с отцом кидали мяч за пару недель до того (я обожаю эту семью). Мне кажется любопытным, что первым делом Кейси подумал именно о физической травме. И это несмотря на то что прошло две недели, прежде чем случился рецидив. Несмотря на то что в эфире национального телевидения он избавился от боли с помощью психосоматического подхода. Несмотря на то что боль возникла в том же самом месте, где прежде была нейропатическая боль. Несмотря на все это, мозг Кейси сразу же пришел к выводу, что у его боли есть какая-то структурная причина.
Я не виню Кейси. Я сам поступаю точно так же. Я думаю и говорю о нейропатической боли днями напролет. И тем не менее каждый раз, когда у меня появляются новые симптомы, моя первая инстинктивная мысль: «Может, я что-то повредил?» Это показывает, насколько велик соблазн поверить, что боль исходит от тела. Список доказательств, о котором я говорил в четвертой главе, помогает справиться и с рецидивами.
Я сказал Кейси, что не думаю, будто дело в том, что он кидал мяч с отцом, но если бы даже он и потянул мышцу, она бы зажила и боль бы прошла. У меня была другая теория насчет возвращения боли. Кейси сообщил, что недавно его повысили на работе и теперь у него было куда больше обязанностей и, как следствие, стресса. Я подумал, что этот новый стресс и привел к рецидиву.
В чем бы ни заключалась истинная причина, требовалось вернуть Кейси жизнь без боли. В конце концов, ему с отцом нужно одерживать победы в матчах по софтболу!
Три стадии
Я заметил, что, когда у моих пациентов случается рецидив, они всегда проходят через одни и те же три стадии.
Когда удается избавиться от хронической боли, испытываешь невероятное облегчение. Такое чувство, что тебе удалось наконец вырваться на свободу. Рецидив же приносит противоположные чувства: кажется, что ты вернулся к тому, с чего начал. Невозможно поверить, что кошмар, который, казалось, остался в прошлом, снова вернулся. Это ужасно деморализует.
Когда Кейси впервые за два года зашел ко мне в кабинет, на его лице отчетливо читалась паника. Первая стадия. Он даже не думал, что рецидив возможен. Он оставил все это в прошлом. Поэтому, когда боль вернулась, он был потрясен. Бедный парень был просто в ужасе.
Он решил провести наблюдение за симптомом. Он закрыл глаза и сосредоточил внимание на боли в животе. Он попытался наблюдать за ней с легкостью и любопытством.
У него ничего не вышло. Не было никакой легкости. Не было никакого любопытства.
Было очевидно, что Кейси слишком напуган. В этом состоянии он не мог с легкостью и любопытством наблюдать даже за бабочкой, не говоря уже об источнике его страха. Он никак не мог получить коррективный опыт. Но это нормально. Как мы знаем из Процесса, очень важно правильно подобрать время. Я сказал Кейси, что позже мы попробуем снова и что ему пока следует сосредоточиться на передаче сигналов безопасности своему мозгу.
Во время первых двух сеансов Кейси был на первой стадии. Но он сосредоточился на передаче сигналов безопасности: «Все будет хорошо. Сейчас я просто в шоке. Но я уже однажды это преодолел, и я преодолею это снова. Я в безопасности». Через одну-две недели его мозг усвоил эти сигналы, и уровень тревожности снизился. Когда Кейси пришел ко мне на третий сеанс, он уже достиг второй стадии.