Читаем Хроника польская, литовская, жмудская и всей Руси полностью

68. В хронике Дусбурга нет никаких известий о замке Мержист. Один-единственный раз замок Мергист упоминает Длугош, он же упоминает и замок Мереж, однако уже во времена Витовта. См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. III, Krakow,1868, стр. 68 и 520.

69. Вернер фон Орселн, будущий великий магистр Тевтонского ордена, в 1312-1313 годах был комтуром Рагнита.

70. У Дусбурга нет такого подзаголовка, по крайней мере, в этом месте. Речь идет, вероятно, о пересказе его «Хроники»,сделанного самим Стрыйковским, о чем он упоминает в предыдущей пятой главе.

71. Медникский повят — район Медининкяй, Кривиченский (Кривичский) — район Гродно. Но неясно, что такое Тривиченский (Trzywiczanski) повят, у Дусбурга похожего названия нет.

72. В другом месте книги Стрыйковского мы узнаем, что миля у него равна примерно 8 км. Получается, что речь идет о 800 километрах, но это чересчур, так как даже от самого Вильнюса расстояние до Кенигсберга (Калининграда) не более 350 км. Возможно, здесь подразумевалась какая-то другая миля, более короткая. Ниже Стрыйковский сам недоумевает по этому поводу и верно подмечает, что в Литве было как мининум две крепости с названием Медники, причем обе довольно далеко друг от друга.

73. Дусбург пишет, что у Сурмина на сотне стругов (Стрыйковский называет их вичанками или вицинами) находились 600 человек и 100 лошадей. Николай фон Ерошин добавляет, что потери литовцев составили 350 человек. См.: Петр из Дусбурга «Хроника земли Прусской» М.,1997, стр.172 и 328.

74. У Болеслава Мазовецкого, скончавшегося 20 апреля 1313 года, от второго брака были две дочери: Ефросинья и Берта.

75. М. Тёппен датирует осаду Христмемеля 30 сентября — 11 октября 1315 года.

76. Слово ландскнехт (landsknecht) здесь такой же анахронизм, как и ранее слово рейтар (см. примечание 20 к главе третьей книги десятой). Впервые оно было употреблено около 1470 года летописцем бургундского герцога Карла Смелого В данном случае ландскнехтами наш автор называет орденскую пехоту.

77. В пометке на полях Стрыйковский ссылается на «Историю Силезии» Иоахима Куреуса (1572), однако к какому именно месту соответствующего абзаца его «Хроники» следует отнести эту ссылку, непонятно.

78. Дусбург нигде не называет Гедимина сыном Витеня и, похоже, отлично знал, что те были братьями. Это характерный пример того, что Стрыйковский был весьма поверхностно знаком с подлинным текстом хроники Дусбурга.

79. И опять-таки Дусбург ничего подобного не пишет. Известие о том, что Пелюше был сыном Тройната, надежными историческими источниками не подтверждается и, скорее всего, является вымыслом. См.: Петр из Дусбурга «Хроника земли Прусской» М.,1997, стр.140.

80. У Дусбурга имя этого литовца Свиртил, а не Свитрил. См.: Петр из Дусбурга «Хроника земли Прусской» М.,1997, стр.163.

81. Богдан IV был господарем Молдавии (1568-1572) после смерти своего отца Александру Лэпушняну (1564-1568). Низложенный турками за союз с поляками, Богдан бежал в Москву, где строил планы своего возвращения на престол, которым так и не суждено было сбыться. Иван Грозный признал господарем Молдавии Иона Лютого (1572-1574). См.: Ureche G. Letopisetul Tarii Moldovei. Bucuresti, 1955.

82. Видимо, Стрыйковский нарочно использовал это современное ему и хорошо знакомое его читателям понятие для создания более зримого образа знатного, но буйного и своевольного человека.

КНИГА ОДИННАДЦАТАЯ

Глава 1. Гедимин или Гидзимин Витенович, великий князь литовский, жмудский, русский и прочее.


Глава 2. О счастливом успехе литовском, поражении крестоносцев, возвращенгии Жмуди из-под власти немцев и о долгом жмудском празднике.


Глава 3. О занятии и овладении Владимирским, Луцким и Киевским княжествами, победе Гедимина и побитии русских князей.

Глава 4. О заложении Гедимином Старых Троков и Вильна.

Глава 5. О воевании литовских и прусских земель имперскими князьями и орденскими рыцарями, о разорении литовцами Лифляндии аж до Ревеля и Дерпта и о разорении Мазовии и Добжини.

Глава 6. О породнении литовцев с поляками, и как Владислав Локетек, король польский, сына своего Казимира женил на княжне Гедиминовне.

Глава 7. О сыновьях и дочерях Гедимина и их уделах.

О разорении Прусской земли Локетком с Гедимином и с венграми и о последней победе и убиении Гедимина под Фридбургом.


Вельможному пану


пану Миколаю Тальвашу 1,


каштеляну жмудской земли и прочее



Глава первая


Гедимин или Гидзимин 2 Витенович, великий князь литовский, жмудский, русский и прочее

Год 1315

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука