Впрочем, я и не хотела бежать. Ведь я сделала то, что должно было спасти всех нас.
И пока я прокручивала в голове варианты дальнейшего развития событий, стража Физэна ворвалась в подвал. Уверена, они узнали меня, но никто и бровью не повёл. Возможно, у них уже был приказ на этот счёт.
Меня схватили под локти и поволокли прочь.
От неожиданности я даже не пыталась оправдываться. А что я могла бы сказать? Я изгнала демона из вашего господина? Я же и вселила его?
В доме Физэна не было предусмотрено темницы, и, по понятным причинам, подвал с чёрными кристаллами для содержания арестантов не подходил. Хотелось надеяться, что ко мне будут так же милостивы здесь, как в доме Сайсов – но надежда быстро потерпела крах. Меня отволокли в гранитное здание, стоявшее на заднем дворе – семейный склеп.
Внутри царствовал холод, и воздух пропитался влагой, а кроме того, одни только мысли о том, кто и что находится за каменными плитами, украшавшими стены, заставляли проснуться страх.
Я обняла себя руками и осталась так стоять, в который раз пытаясь понять, что же только что произошло и что будет со мной дальше.
Долгое время для меня так и оставалось неизвестным – подействовало заклятье или нет. Теплилась надежда, что Радагар или Физэн придут ко мне и сами всё объяснят. Но никто не приходил, и постепенно в груди начинал разрастаться страх – что, если они вовсе забудут обо мне?
Устав стоять, я принялась ходить по склепу туда-сюда. Затем на всякий случай ощупала складки юбки – мешочки с травами и кристаллами, к счастью, никуда не делись.
«Интересно, сколько потребуется этого аглухара, чтобы открыть врата?» – думала я.
В любом случае, чтобы сделать подобное, нужно было знать заклятье, а мне ни одно в голову не шло.
Наконец, когда ноги уже перестали держать, я присела на самую низенькую могильную плиту и обхватила колени руками, пытаясь припомнить, не говорил ли Радагар что-нибудь на этот счёт?
Теперь я начинала понимать, что о своих планах он рассказывал мне на удивление мало – на удивление так как, если учесть, что я была его главной и единственной соратницей.
Я закрыла глаза и невольно подумала, как я мечтаю услышать его голос, как это часто случалось раньше, когда я не знала, как выкрутиться из неприятностей.
И будто ответом на мои наивные мысли в голове прозвучал бархатистый смех.
Я вскинулась, заподозрив, что схожу с ума.
– Радагар! – вслух окликнула я.
«Да, это я».
Подмывало задать самый главный вопрос, но я представляла, как он будет глупо звучать.
«Да, тебе удалось», – ответил Радагар, заново подтверждая, что слышит всё, что творится у меня в голове.
– Радагар… – прошептала я и замолкла. Внезапно возникло желание попросить прощения – но тут же всплывали воспоминания о том, что это он предал меня. Я только нанесла ответный удар.
«Ты никогда больше не услышишь обо мне», – продолжил он, не дожидаясь моих слов.
– Но ты жив?
«Я не могу умереть».
– Где ты теперь?
«За гранью миров. Там, где нет тьмы и не попадает свет», – в голосе его промелькнула грусть.
– Что мне делать? – не выдержав, спросила я, по старой привычке ожидая, что он даст мне ответ… Но голос исчез.
Глава 30
Ночь, проведённая в склепе, была долгой и холодной. Я устроилась прямо на полу и обняла себя руками, стараясь согреть обнажённые плечи. Стоило мне закрыть глаза, как я вздрагивала от очередного шороха, и тут же открывала их.
Наверное, в склепе водились мыши. Но я, честно говоря, даже не знаю, чего боялась больше – восставших духов или грызунов. Духи по крайней мере понимают человеческий язык…
Мысли вяло ворочались в голове. Тщетно я пробовала разобраться – что и когда сделала не так. Физэн не оставил мне выбора – он практически превратил меня в служанку. И я призвала Радагара – но и Радагар собирался меня предать. И снова мне пришлось сделать то, что я сделала. «Может быть, просто все люди по своей природе злы?» – приходило мне на ум. «Или мне так не везёт?»
«Впрочем, – тут же одёргивала я себя, – какой идиоткой нужно быть, чтобы отлично зная, каков настоящий владелец этого безупречного тела, отважиться вернуть ему его плоть?»
– Радагар… – шептала я. Не столько стремясь призвать своего демона, сколько не в силах поверить, что никогда больше не увижу и не услышу его. Что бы он ни сделал со мной, как никогда отчётливо я понимала, что мы с ним – одно. Если нет его – то не будет и меня.
Я хотела жить, а и комфорт, засахаренные фрукты и дорогие платья всё ещё прельщали меня. Но хотела я жить с ним, иначе никак.
«Где ты теперь?» – задавала я вопрос, силясь представить себе серое марево за гранью миров. «Испытываешь ли ты боль?» Есть заклятья, способные передать одному чувства другого, не только зрение, но и осязание, и даже любовь. И, сидя в одиночестве и темноте, я всё больше думала о них.
«Почему ты не захотел со мной говорить? Только бы раз ещё встретиться с тобой…»