Ллойд поправил манжеты рубашки, посмотрелся в зеркало: костюм сидел безукоризненно. Насчет Леи он не беспокоился. У нее был прирожденный вкус, и мастер, шивший ей платье проговорился, что будущая миссис могла бы заняться модельным бизнесом, у нее удивительное чутье на детали, как раз то, что нужно хорошему дизайнеру. Ллойду было приятно слушать положительные отзывы о своей будущей жене. О костюмах для мальчиков он решил позаботиться сам.
Рикки не доставлял неудобства, был послушен, как агнец. Ллойд по-своему даже привязался к нему, жалел, а вот старший приносил одни хлопоты, и вот что было странно: после того разговора в кабинете Джереми с ним не спорил, со всем соглашался, но делал это таким образом, с
Ллойд повидал немало таких рабочих, зачастую в прошлом неплохих мастеров, но опустившихся по жизни, готовых за лишний карлит родную мать удавить, и его коробило, что Джереми общался с соседом запросто.
– Нельзя так разбрасываться знакомствами, – учил он жизни парня. – С такими людьми нужно быть осторожными. Это не лучшая кандидатура для дружбы. Он как…
Ллойд запнулся, пытаясь подобрать приличное слово.
– Крыса? – невинным тоном подсказал ему Джереми. – Я знаю. Но он кусает только слабых, хотя я бы не стал поворачиваться к нему спиной. Хорошо, что мы переехали, а то он уже начал завидовать нашему благополучию, а зависть таких страшнее, чем просто злость.
Ллойд удивленно приподнял брови. Он не ожидал от Джереми такой проницательности, но тот быстро все испортил.
– У вас на кораблях такие, наверное, тоже бывают, – цинично заметил юноша. – Я имею в виду настоящих крыс.
Ллойд не помнил, что тогда ответил, кажется, что-то не совсем приличествующее положению, но мальчишка сильно разозлил его своими намеками. Слишком метко он охарактеризовал некоторых из его коллег, в этом деле Ллойд не обольщался. Люди как люди, на космофлоте встречались всякие. Но этот наглец только и делал, что высмеивал
Да, он был из богатой семьи, вообще мог не работать, но он не чурался своего долга, приносил пользу обществу. Такие, как он и его дядя, поддерживали порядок. Но когда он пытался объяснить это Джереми, тот так ловко умел перевернуть все с ног на голову, сделать порядочное бесчестным, что Ллойд просто диву давался.
К тому же парень был чертовски упрям и вовсе не так невинен, как расписывала Лея: почти не появлялся дома, приходил только к ужину, да и то, как сильно подозревал Ллойд, только в дни, когда у него не было дежурства.
Конечно, в этом возрасте он тоже стремился получать удовольствие от жизни, но у него были деньги и ответственность, и подходящая компания, а куда мог ходить Джереми, чем заниматься? Или воровал, или играл, – таков был предположительный ответ капитана. Ллойд велел охраннику тщательнее присматривать за домом.
– Не думаю, сэр, что парень из таких.
– Из таких или нет мы не знаем, но последние три года они жили в настоящих трущобах, и я не уверен насчет воспитательного таланта его отца. О мертвых не судят, но, похоже, у них в семье не все было гладко и раньше.
Ллойд надеялся, что их совместный с Леей ребенок будет более удачным, чем эти двое. Красивая, добрая жена и умный, заботливый муж, плюс лучшая медицина – что еще нужно для счастья?
И все-таки он решил проследить за Джереми. Он не хотел, чтобы его семья оказалась втянута в какую-то некрасивую историю. К тому же он теперь в какой-то мере отвечал за пасынка.
4
Подходящий случай выдался не скоро, только через неделю, так загружен был его график смен. Наступала пора отпусков и люди спешили исполнить свою мечту: в первый раз выйти в космос, навестить родных, оказаться подальше от дома. Но все же, в конце концов, Ллойду удалось выбраться из космопорта.
Взяв для конспирации аэрокар напрокат и вооружившись портативным усилителем звука, он притаился на углу учебного центра, где числился Джереми, и стал ждать. Тот вышел из здания вовремя, о чем-то перешептываясь с двумя парнями.
– Значит, договорились, заберете товар там, где и раньше. А ты еще не передумал поступать на художника? Будешь кормиться одним воздухом?
Джереми слегка толкнул в бок того, кто шел слева.
– Только учти, художнику полагается быть злым и бедным.