– Эй, – он услышал, насколько волнующе-низко прозвучал его голос, – не хочешь… – И тут из его заднего кармана донеслось назойливое щебетание. Такое громкое и неожиданное, что они оба вздрогнули.
– Извини. – Он достал телефон, чтобы отключить его, но стоило ему взглянуть на экран, как перед ним появилось с десяток гневных сообщений.
Что за чертовщина?
Наоми вздернула бровь. Момент был окончательно испорчен.
– Все нормально?
– Э-э-э… не знаю. Почему-то у всей синагоги сложилось впечатление, что я в активном поиске… – Когда он задумался о методах рекламы, которые могли бы им помочь, это определенно не входило в список. Число уведомлений на иконке почты росло; голосовая почта засорялась прямо на глазах. С ним пытались связаться не только члены его общины. Среди них была каждая завидная еврейская невеста Большого Лос-Анджелеса и еще его мать.
– Это какое-то безумие. – Он знал: прихожане считают, что вправе знать определенные обстоятельства его личной жизни, но такой уровень осады создавал впечатление, словно его интерес к романтическим отношениям был для окружающих чем-то нереальным.
Наоми наклонилась вперед и заглянула в его телефон.
– Ну, хорошая новость в том, что нам, похоже, не придется слишком заморачиваться со следующим вечером.
Кто не умеет, тот учит других, а кто не заводит отношений, тот ублажает других.
К тому времени, когда Наоми наконец добралась до бара, Итан уже потерял всякое самообладание. В качестве утешения бармен угостил его сырными палочками за счет заведения, после чего долил Наоми еще немного газировки с лаймом.
Пока Итан тоскливо перебирал сырные палочки, Наоми достала свой телефон и принялась проверять все сообщения, которые пропустила за последнюю пару часов. Она не планировала так сильно задерживаться.
Одно имя в папке «входящие» привлекло внимание Наоми. На пару секунд она зависла над экраном, но все же кликнула на него.
– О, да вы издеваетесь! – Наоми вытянула из бумажника пару купюр и протянула бармену.
Итан отвлекся от сырных палочек.
– Что случилось?
Оставив бармену щедрые чаевые, она повернулась к Итану.
– Новая администрация моей старой школы пригласила меня выступить с лекцией о будущем полового воспитания.
Он моргнул, глядя на нее, его нелепо длинные ресницы почти коснулись бровей.
– Это плохо?
Да. Ей были ненавистны и эта школа, и все, кто имел к ней отношение. Они бросили ее без какой-либо поддержки, когда она больше всего в них нуждалась. Но вряд ли Итан мог ее понять. Она залпом опустошила половину стакана, поморщившись от кислого привкуса лайма.
Не успела Наоми придумать правдоподобную ложь, как мужчина в шортах с принтом омаров подошел к ним и поставил свой пустой стакан так близко, что испарина коснулась ее руки.
Прищурившись, он пристально посмотрел на нее.
– Эй, я знаю тебя.
По дыханию парня Наоми поняла, что это был далеко не первый его коктейль.
– Ты – та порнозвезда.
Просто отлично! Этому вечеру недоставало только этого – пьяного придурка.
Итан сбоку от нее напрягся.
– Какая именно?
Подобные парни не понимают намеков. Это их только злит. Любой знак вежливости воспринимается как приглашение. Импровизированное зеркало – единственное, что неизменно работает. Гладкость, скольжение, жесткость. Никакой реакции. Лишь отражение каждого комментария.
– Та, которую трахал Джош Дарлинг. – Парень расхохотался во весь рот так, что Наоми увидела его красное горло. – Черт, а ты хороша! – промямлил он. – Где же ты была всю мою жизнь, крошка?
Почувствовав, что Итан позади нее зашевелился, Наоми отвела ногу назад, заставляя его отступить. Намек оставаться на месте был тонким, но тем не менее эффективным.
У нее не было на это времени. В ее планы на остаток вечера входило подавление застарелого гнева за написанием язвительного ответа на приглашение из школы.
Наоми встряхнула волосами. Взгляд пьяного поклонника последовал за ее блестящими локонами, как у кота, следящего за лазерным лучом.
– Почему бы тебе не угостить меня выпивкой?
Парень с предвкушением посмотрел в сторону бармена, который разбивал лед.
– В баре, в четырех кварталах отсюда, – уточнила Наоми.
Парню потребовалось некоторое время, чтобы распознать отказ, но как только до него дошло, ему это не понравилось.
– У меня идея получше. – Его зубастый рот исказился в гнусной ухмылке. – Почему бы тебе просто не показать свои сиськи?
– Эй! – резко и громко произнес Итан.