Картон
Дарней
Картон.
Это наш друг месье Дефарж. Я утром вывихнул ногу, и он меня сопровождает.Дарней
Картон
Дарней.
Вы ездили в Труа, чтобы меня разыскать? Ах, Картон, какой же вы друг!.. Я верю, что расстаюсь с вами не навсегда.Картон.
Я тоже в это верю.Дарней.
Все равно, я не мог поступить по-другому. Если бы не Люси, я бы ни о чем не сожалел! Но когда я думаю о том, что я с нею сделал!.. Картон, как я благодарен за то, что вы здесь! Вы ей скажете, что я на коленях умоляю ее простить меня. Вы сумеете ей объяснить лучше, чем я сам.Картон рывком достает из-за пазухи лист бумаги и карандаш.
Картон.
Вы обязательно должны ей написать.Дарней.
Ах, что я могу сейчас написать!Картон
Дарней покорно садится за стол и принимается писать при свете фонаря.
Картон отходит в угол, вынимает платок, откупоривает флакон и смачивает платок его содержимым.
Дарней.
Откуда этот запах?Картон.
Это мое лекарство. От ноги. Готово!При этом слове Дефарж наваливается на Дарнея, не давая ему шевельнуть руками, а Картон прижимает платок к его носу. Дарней слегка пытается сопротивляться, но постепенно теряет сознание. Картон и Дефарж подхватывают его и кладут на постель.
Картон.
Воду!Дефарж подает ему фляжку с водой. Картон тщательно моет руки, вытирает их об одежду и допивает содержимое фляги.
Картон хватает недописанное письмо, скручивает его и поджигает от фитиля в фонаре.
Картон
Дефарж тем временем развязывает ленту Дарнея и разлохмачивает ему волосы.
Картон
Дефарж.
С обувью что будем делать?Картон.
Ничего. Времени нет.Картон и Дефарж надевают на Дарнея сюртук Картона. Картон кое-как подвязывает свои волосы.
Картон кладет руки на плечи Дефаржу и дважды целует его.
Картон.
Прощайте, мой друг!Картон бросается к двери и начинает колотить в нее.
Картон.
На помощь! Откройте дверь!Тюремщик.
Что случилось? Чем тут пахнет?Дефарж
Картон
Дефарж.
Его надо вынести на свежий воздух.Тюремщик.
Ах, дьявол! Только этого еще не хватало!Тюремщик и Дефарж выволакивают Дарнея из камеры. Дефарж пытается в последний раз взглянуть на Картона, но не успевает – дверь захлопывается, ее запирают на ключ и на засов.
Картон один.
Он срывает с себя ленту, швыряет ее на стол, ложится на постель, укрывается сюртуком Дарнея и засыпает.
12.
Над Парижем встает солнце. Небо медленно светлеет, и на его фоне очертания городских башен становятся все более четкими.Полдень. Солнце над городом стоит в зените. Солнечные лучи трепещут на речной глади, на черепичных крышах, в стеклах домов.
Картон стоит в камере лицом к двери. Волосы его аккуратно причесаны и завязаны лентой, сюртук застегнут на все пуговицы.
Из коридора доносится лязганье замков, звуки шагов, голоса.
Голос начальника охраны.
Стойте здесь. Не смешивайтесь с другими группами. – Так. Этих можно уже выводить.Дверь камеры открывается.
Начальник охраны.
Эвремонд, вы готовы? Выходите.Картон присоединяется еще к троим осужденным.
Первый.
Видишь, кузен, ты всю жизнь меня презирал, а умираем мы в один и тот же час и в том же месте.Картон.
Я никогда тебя не презирал. Прощай! Скоро увидимся снова.Второй.
Да, ты в Англии стал верующим, Шарль. Тебя это не спасло, а нам пригодилось. Рядом с тобою как-то полегче.Картон
Третий
Картон
Третий.
Но я бы тоже хотел с вами попрощаться.Картон
В продолжение этого разговора тюремщики подводят к их группе еще двоих осужденных. Они с удивлением наблюдают за происходящим и тоже подходят к Картону.
Картон прощается с каждым из них.
Тюремщики связывают осужденным руки за спиной и ведут на улицу.
Перед тюрьмой Консьержери стоят четыре телеги. В двух уже стоят по шести осужденных.
Александр Васильевич Сухово-Кобылин , Александр Николаевич Островский , Жан-Батист Мольер , Коллектив авторов , Педро Кальдерон , Пьер-Огюстен Карон де Бомарше
Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Античная литература / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги