Он был разочарован — все выглядело банально, ничего интересного. Пока ехал в такси, представлял себе, что они соберутся в каком-то помещении, ну, или хотя бы на улице, все будут пить чай, начнут вспоминать, какой он хороший… Он тоже мог бы сказать что-нибудь подобное о нем, и все закивали бы, «…а я бы знал, что на самом деле он никуда не пропал, а живёт теперь у меня. И всегда будет жить…»
Но никаких совместных посиделок не было. Люди маячили за деревьями. Все двигались по двое или по трое.
«Зачем я только пошёл? — корил он себя. — Надо было остаться и ухаживать за ним, ему ведь сейчас так тяжело. Ему именно сейчас нужна моя поддержка. А если препараты перестанут действовать? Вдруг какая-то непереносимость или аномалия, и он проснётся там один, без меня?»
Андрей остановился так резко, что паре человек, идущих за ним, показалось, что он что-то увидел.
«Ну хватит, разнылся… Ему сейчас нужен хороший друг, а не нытик и тряпка, который только и делает, что создаёт проблемы».
Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Насыщенный кислородом воздух парка непривычно ударил в голову. Стало сразу легче. Успокоившись, он спокойно пошёл дальше.
«Когда о нём думаю, сердце прямо сжимается от боли и радости, от того, что мы всегда будем вместе. Как же удачно всё сложилось. Сначала как будто и не представлял, что из этого выйдет, а теперь у меня уже есть свой собственный друг. Настоящий друг. Не всем так повезло, как мне. И не какой-то там случайный, — к слову, сосед или одноклассник, которых не ты выбрал, а они сами откуда-то появились в твоей жизни…»
Размышляя, он шёл дальше, не забывая изображать внимательные поиски. Периодически он притормаживал и делал вид, будто что-то пытается разглядеть в траве или кустарнике.
Кто-то уже шёл в обратную сторону.
— Ну, чо? — крикнула ему полноватая девушка.
— Ничего, — ответил Андрей, разведя руками.
Она кивнула и пошла дальше.
«Я думал, навсегда останусь один. Думал, так суждено. У кого-то большое окружение, а кто-то — сам с собою. Таких немного, но они есть. И я один из них. Именно такой. Мне не то чтобы нравилась моя жизнь, но… я и менять особо ничего не планировал. А теперь у меня всё так замечательно. И чем я это заслужил? Как умудрился уловить этот тихий-тихий шёпот откуда-то издалека, как будто из потустороннего мира… о том, что именно надо делать, чтобы стать счастливым».
Он остановился и закрыл глаза, как будто прислушался к этому самому голосу. На какое-то мгновение всё исчезло: лес, люди, трава, небо, друг, жизнь, прошлое, будущее… Всё это сжалось в единый комок, а потом совсем исчезло, и он, будучи уже не самим собою, а как будто голым разумом, и даже чем-то ещё менее осязаемым, на мгновение снова его услышал…
Он открыл глаза. Оглянулся. Прошёл немного назад, всматриваясь в деревья. Никого. Он присел на одно колено, снял рюкзак, вытащил чёрный пакет для мусора, открыл его и аккуратно вытряхнул из него человеческую стопу и кисть. Затем замотал пакет и положил его обратно в рюкзак.
Только хотел встать, но задержался, поднял кисть и любовно осмотрел её.
«Какие красивые у него руки. Я, помню, сначала подумал, что он точно играет на гитаре или на фортепиано. Был удивлён, когда узнал, что он ни на чем не играет. Он тогда даже пошутил по этому поводу… Что же он сказал?.. Да, сказал, что ему медведь в детстве не только на уши, но и на всю голову наступил, поэтому, сколько он ни пытался играть на гитаре, саксофоне или фортепиано, всё без толку — ничего не вышло».
Он слегка сжал холодные желтоватые пальцы, лишённые жизни, а затем положил кисть на землю. Вытащив из кармана упаковку влажных салфеток, достал две и тщательно протёр кожу и ногти на руках.
После чего встал, огляделся и пошёл дальше. Минут через тридцать он услышал чей-то крик:
— Эй, сюда, я тут нашёл… Идите скорее!! Эээээййй!!!
В конце учебного года, они всем 5-м «г» классом отправились на прогулку, в расположенный недалеко от школы лес, вместо трёх первых уроков.
Стоял тёплый май. На дорогах уже совсем не было снега, но между гаражами или в оврагах можно было обнаружить целые снежные глыбы.
Воздух был пыльным и очень тёплым. Как только ученики вошли в лес, стало холодно, поэтому классная руководительница стала подгонять их, заставляя идти быстрее, чтобы согреться. В прошлом — бывшая институтская спортсменка, активистка и отличница, она получила распределение в эту дыру только потому, что была туповата и бестактна.
Повышать голос на детей было её любимым занятием. Дети в пятом классе ещё не умели смотреть на неё как на дуру из-за этого. Такое начиналось класса с девятого. Сначала у уверенных в себе школьников, а ближе к одиннадцатому, у всех остальных.
Поэтому она вела учеников только до восьмого класса.
От быстрой ходьбы теплее не становилось, только ноги промокали. Те же, кто был в резиновых сапогах, весело шлёпали по лужам, обрызгивая других.