Читаем Луна для бездольных полностью

Хоган(снова впадая в пьяную безнадежность). Поздно. Нельзя тебе было отпускать его в трактир. Надо было здесь удержать. Напоила бы его как следует, тогда бы… (Клюет носом, моргает – неразборчиво.) Но что теперь говорить… что толку… что толку…

Джози(встряхивает его). Приди в чувство, а то нахлопаю сейчас по ушам. Перестань лопотать, как старуха, толком скажи – что он сделал?

Хоган. Согласился продать ферму – вот что! Симпсон пришел к нему в трактир с новым предложением от Хардера. Десять тысяч наличными.

Джози(потрясена). Десять тысяч! Она больше трех не стоит. А ты Джиму две предложил, и он обещал…

Хоган. Деньги для Хардера – тьфу. После того, что мы ему устроили, у него одно на уме – отомстить. И тут он хитро себя повел. Видно, Симпсон ему рассказал, что Джиму опротивело жить на тощее содержание и он хочет обратно на Бродвей, к своим шлюхам. И Джиму не надо ждать своей половины денег, пока там оформляют наследство. Как только заключат сделку, Хардер тут же даст ему пять тысяч в долг. Под наследство. И Джим первым поездом – в Нью-Йорк.

Джози(возбужденно, сдерживая слезы). И Джим согласился? Не верю!

Хоган. Не верь. Ничего, завтра поверишь. Хардер предложил утром встретиться с Джимом и душеприказчиками и все обтяпать, и Джим пообещал Симпсону.

Джози(с отчаянием). Может, так напьется, что забудет…

Хоган. Не забудет. Хардер приедет за ним на машине и напомнит. Это он про тебя забыл – что ждешь при луне и чахнешь, – а про пять тысяч в лапу и сколько можно на них купить бродвейских краль, – про это он не забудет.

Джози(в смятении). Да замолчи ты! (Гневно.) А ты где был, когда они сговаривались? Не мог помешать им, старый черт?

Хоган. Не мог. Симпсон подсел к нам за стол…

Джози. И ты ему позволил?

Хоган. Джим его пригласил. Притом я хотел узнать, какую пакость он задумал и как поведет себя Джим. Когда они сговорились, я встал и хотел ему заехать. Но не попал. (С пьяной грустью.) Спьяну… спьяну… спьяну… не попал! Господи прости. (Роняет подбородок на грудь, глаза закрыты.)

Джози(трясет его). Проснись, черт – я-то попаду!

Хоган. Я и Джиму хотел заехать, но не мог. Душа разрывалась от горя. Я полюбил его, как сына… как родного… Вместо Майка, недотепы и тех двоих недотеп.

Джози(на лице ее застыло злое выражение). Я теперь думаю, из нас из всех только у Майка порядок в голове.

Хоган. Так мне горько стало, что он предал меня… и тебя – а еще притворялся, что тебя любит. Обозвал его только двуличным гадом и предателем, повернулся к нему спиной и ушел. И запел нарочно, чтобы в трактире слышали и знали, что мне плевать.

Джози(язвительно). Ну, герой! Много толку от твоего…

Хоган. Знаешь, уж больно велико искушение. Он слабый, одной ногой в могиле от пьянства. Может, зря мы его виним.

Джози(сверкнув глазами). Зря? А я виню, черт бы его взял. А ты его оправдываешь, старый дурак!

Хоган. Нет. Змей подколодный. Но думаю: а я бы на что не пошел ради пяти тысяч? А ты бы тоже – как думаешь?

Джози. Я бы ни за что его не предала! (Лицо у нее становится злым.) Раньше не смогла бы. А теперь что угодно сделаю. (Хоган неожиданно посмеивается.) Думаешь, вру? Только бы случай представился…

Хоган. Я тут вспомнил. (С пьяным смехом.) Ей-богу, Джози, со всем его бродвейским знанием женщин, ты сделала из него круглого дурака – и это немного утешает.

Джози(в недоумении). Это как же?

Хоган. Ты не поверишь. Я и сам не поверил, но он все твердил свое, я понял, что он это всерьез, ей-богу.

Джози. Что всерьез?

Хоган. Это когда он стал чудной – вечером, еще Симпсон не пришел. Стал о тебе говорить, как будто все время о тебе думает и не находит покоя. Честное слово, я подумал, эта плутня Майка может и удасться. Останешься с ним при луне… он так тебя расписывал…

Джози. Болтай больше.

Хоган. И такая в тебе красота, и только он один ее разглядел…

Джози(неуверенно). Врешь ты все.

Хоган. И сила в тебе, и гордость, говорит, и доброта особенная – слыхала?! Но вот где ты совсем его одурачила. (С пьяной издевательской усмешкой.) Слушай, дорогая, только не свались от удивления. (Подавшись к ней, шепотом.) Он думает, что ты девушка! (Джози застывает, словно ее оскорбили. Хоган продолжает.) Честное слово! Правда, верит, простофиля. Верит, что ты бедная невинная девушка! Думает, что ты просто хвастаешься и прикидываешься гулящей. (Посмеивается.) Девица, подумать только! Ты!

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека драматургии Агентства ФТМ

Спичечная фабрика
Спичечная фабрика

Основанная на четырех реальных уголовных делах, эта пьеса представляет нам взгляд на контекст преступлений в провинции. Персонажи не бандиты и, зачастую, вполне себе типичны. Если мы их не встречали, то легко можем их представить. И мотивации их крайне просты и понятны. Здесь искорёженный войной афганец, не справившийся с посттравматическим синдромом; там молодые девицы, у которых есть своя система жизни, венцом которой является поход на дискотеку в пятницу… Герои всех четырёх историй приходят к преступлению как-то очень легко, можно сказать бытово и невзначай. Но каждый раз остаётся большим вопросом, что больше толкнуло их на этот ужасный шаг – личная порочность, сидевшая в них изначально, либо же окружение и те условия, в которых им приходилось существовать.

Ульяна Борисовна Гицарева

Драматургия / Стихи и поэзия

Похожие книги

Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Драматургия / Поэзия / Стихи и поэзия
Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Бьянка Луна , Дон Нигро , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука