Читаем Лунное дитя полностью

Эта лачуга была помойкой. Тот парень, должно быть, давно уже там не живет. Мия не помнила ничего из того, что с ней там было. Она очень сильно испугается. Даже мама не стала бы поступать настолько бессердечно.

Или стала бы?

Он подумал еще немного. Она не станет убивать Мию. По крайней мере, он так думал. Это слишком грязно и слишком трудно скрыть. Но он не исключал мысли, что она может бросить ребенка. Он представил, как мама останавливается перед зданием местного полицейского участка, высаживает Мию из машины и уезжает.

Эта мысль его напугала. Он снова позвонил матери.

– Мама, быстро возвращайся домой. Что бы ты ни делала, это плохая идея! Возвращайся, и мы придумаем другой способ.

Он положил трубку. Наверняка он сделал только хуже. Мама терпеть не могла, когда ей указывали, что делать.

Почему у него нет машины? У многих в школе были машины. Либо их собственные, либо те, на которых им разрешали ездить. А он был неудачником, изгоем, который вечно ездил на автобусе. Он пытался вспомнить, есть ли у него знакомые, которые могут одолжить ему машину, чтобы он мог поехать за мамой.

На ум приходил только один человек. Он едва ее знал, но буквально вчера она сказала: «Серьезно, если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь, дай знать».

Он надел куртку и направился к заправке.

Глава 41

Ксчастью, когда Джейкоб пришел в магазин, Ники стояла за прилавком, а покупателей не было. Фред расставлял в холодильнике пиво. Он находился в поле зрения, но вне пределов слышимости.

Запыхавшись, Джейкоб вбежал в магазин и ясно дал Ники понять, что им нужно поговорить. За три минуты он рассказал все, что она безуспешно пыталась вытянуть из него накануне. В отчаянии он объяснил, что с ними жила маленькая девочка, которую зовут Мия, и что она пропала. По его словам, ее забрала его мама. Насколько она поняла, он хотел, чтобы она одолжила ему машину. Он хотел проследить за мамой и убедиться, что с девочкой ничего не случилось. Чем больше он рассказывал, тем больше у нее появлялось вопросов. А его, казалось, расстраивало, что она не понимает срочности ситуации.

– Мне просто нужна твоя машина, – сказал он, подавшись вперед и положив руку на стойку. – Вот и все. Я верну ее с полным баком и заплачу тебе сколько скажешь. У меня нет времени все объяснять.

Она подняла руку на манер дорожного полицейского и попросила его немного подождать.

– Я понимаю, что ты торопишься, но мне нужно знать больше.

Она задала ему еще несколько вопросов. Его ответы поразили ее до глубины души. Когда он закончил разглашать семейные тайны, Ники подытожила:

– Получается, три года назад твоя мать просто подобрала маленькую девочку, и с тех пор она живет в твоем доме, и об этом не знает никто, кроме тебя и твоих родителей?

Джейкоб кивнул:

– Я понимаю, как это звучит, но от меня ничего не зависело. Ты не знаешь мою мать. Она шантажировала папу, чтобы он разрешил оставить Мию, потому что…

Ники снова подняла руку.

– Меня это не сильно волнует. Ты же понимаешь, что мы должны позвонить в полицию, да? Это же похищение и черт знает что еще.

Он опустил голову:

– Но я не хочу, чтобы у папы были неприятности.

– Джейкоб, раньше нужно было об этом переживать, – сказала Ники. – У вас у всех неприятности, от этого никуда не деться. Как бы это ни было ужасно.

Когда он поднял голову, в его глазах стояли слезы.

– Да мне плевать, что будет со мной. Сейчас я могу думать только о Мие. Для нее это может очень плохо кончиться. Моя мама сумасшедшая. Я не знаю, что она задумала.

– Хочешь позвонить в полицию? – спросила Ники.

– Да, но не сейчас. У нас нет времени! – Его голос становился все громче. – Они захотят провести расследование, будут задавать мне вопросы, все это займет целую вечность. А с Мией тем временем может произойти что-нибудь ужасное.

– Мне кажется, с этим действительно должны разбираться компетентные органы.

– Они не смогут ее найти! – С уст Джейкоба уже срывался хриплый крик. – А я смогу.

К ним подошел Фред.

– Джейкоб? В чем дело?

– Он хочет одолжить мою машину, – объяснила Ники. – Его мама уехала с маленькой девочкой по имени Мия. – Они с Джейкобом переглянулись. – Это их родственница. Джейкоб боится, что с Мией может что-то случиться.

– Что случилось? – Фред наклонил голову.

– Моя мама… вроде как слетела с катушек. И она – ужасный водитель. Я слежу за ее телефоном и знаю, где она. Мне просто нужно остановить ее и убедиться, что с Мией все в порядке.

– Если хочешь, можешь поехать с Джейкобом, – сказал Фред. – Сам Джейкоб, похоже, не в состоянии вести машину.

– Вообще-то у меня нет машины, – сказала Ники. – Я хожу на работу пешком.

– Ты заставила меня все тебе рассказать, а у тебя даже нет машины? – вскрикнул Джейкоб. В голосе его четко слышалось обвинение.

Фред сокрушенно кивнул.

– Я бы съездил с тобой сам, но я жду доставку. Мне нужно расписаться в документах.

Джейкоб в отчаянии всплеснул руками.

– Я не знаю, что делать. Мне правда нужно найти Мию.

Фред пошарил под стойкой и достал оттуда связку ключей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Freedom. Романы о больших сердцах. Проза Карен МакКвесчин

Половинка сердца
Половинка сердца

Эта книга о разбитых сердцах. О покалеченных судьбах. О трагедиях и доброте. О страхе и непоколебимой вере. О жестокости и храбрости. Обо всем прекрасном и удручающем, что живет внутри каждого.«Мне девять, и я должен знать распорядок:быть тише воды ниже травы.съедать все на тарелке.Не создавать лишних проблем».Логан делает все, чтобы избежать ярости жестокого отца. Когда-то страшная авария перевернула жизнь их семьи, и теперь мальчик не говорит ни слова. Но в свои девять пережил многое.На этот раз Логан так сильно провинился, что боится возвращаться домой и сбегает. Он не знает, что его бабушка жива и отчаянно ищет внука, половинку своего сердца.Оставшись на улице, Логан пытается найти приют, меняя судьбы тех, кто встречается на пути. Сможет ли он выжить во взрослом мире без самого главного – без любви?

Карен МакКвесчин

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Женский хор
Женский хор

«Какое мне дело до женщин и их несчастий? Я создана для того, чтобы рассекать, извлекать, отрезать, зашивать. Чтобы лечить настоящие болезни, а не держать кого-то за руку» — с такой установкой прибывает в «женское» Отделение 77 интерн Джинн Этвуд. Она была лучшей студенткой на курсе и планировала занять должность хирурга в престижной больнице, но… Для начала ей придется пройти полугодовую стажировку в отделении Франца Кармы.Этот доктор руководствуется принципом «Врач — тот, кого пациент берет за руку», и высокомерие нового интерна его не слишком впечатляет. Они заключают договор: Джинн должна продержаться в «женском» отделении неделю. Неделю она будет следовать за ним как тень, чтобы научиться слушать и уважать своих пациентов. А на восьмой день примет решение — продолжать стажировку или переводиться в другую больницу.

Мартин Винклер

Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Проза
Последний
Последний

Молодая студентка Ривер Уиллоу приезжает на Рождество повидаться с семьей в родной город Лоренс, штат Канзас. По дороге к дому она оказывается свидетельницей аварии: незнакомого ей мужчину сбивает автомобиль, едва не задев при этом ее саму. Оправившись от испуга, девушка подоспевает к пострадавшему в надежде помочь ему дождаться скорой помощи. В суматохе Ривер не успевает понять, что произошло, однако после этой встрече на ее руке остается странный след: два прокола, напоминающие змеиный укус. В попытке разобраться в происходящем Ривер обращается к своему давнему школьному другу и постепенно понимает, что волею случая оказывается втянута в давнее противостояние, длящееся уже более сотни лет…

Алексей Кумелев , Алла Гореликова , Игорь Байкалов , Катя Дорохова , Эрика Стим

Фантастика / Современная русская и зарубежная проза / Постапокалипсис / Социально-психологическая фантастика / Разное
Салюки
Салюки

Я не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь. Вопрос этот для меня мучителен. Никогда не сумею на него ответить, но постоянно ищу ответ. Возможно, то и другое одинаково реально, просто кто-то живет внутри чужих навязанных сюжетов, а кто-то выдумывает свои собственные. Повести "Салюки" и "Теория вероятности" написаны по материалам уголовных дел. Имена персонажей изменены. Их поступки реальны. Их чувства, переживания, подробности личной жизни я, конечно, придумала. Документально-приключенческая повесть "Точка невозврата" представляет собой путевые заметки. Когда я писала трилогию "Источник счастья", мне пришлось погрузиться в таинственный мир исторических фальсификаций. Попытка отличить мифы от реальности обернулась фантастическим путешествием во времени. Все приведенные в ней документы подлинные. Тут я ничего не придумала. Я просто изменила угол зрения на общеизвестные события и факты. В сборник также вошли рассказы, эссе и стихи разных лет. Все они обо мне, о моей жизни. Впрочем, за достоверность не ручаюсь, поскольку не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь.

Полина Дашкова

Современная русская и зарубежная проза