Читаем Майн кайф полностью

Это: терпение, соборность, вера.

Мы свято верили, что нам-то уж точно хватит.

Однозначно, что Советский Союз и держала в качестве стержня очередь.

Вот разбрелись сегодня по отдельным норам и получите равнодушие, черствость.

Дома, похожие больше на промышленные склады, богато обставленно-увешанные, где самим хозяевам надо ориентироваться в них по компасу, просто уничтожили народ.

И в наследство получили какую-то Организацию Разъединённых Наций.

Ведь где ещё, если не в тесной очереди, можно было достичь такого сплочения?

В тесноте да не в обиде? Это неправда. Были обиды, но как это ни странно, мы и в конце жизни потом вспоминаем людей, которые нам были поперек горла с теплотой, потому что они заставили нас напряжилиться в поисках резервов и подняться ещё на одну ступень духа, ловко выхватив у нас прямо из-под носа дефицит.

И вот, если я молодому читателю начну рассказывать о том, что дефицитом были фирменные американские джинсы и стоили они сто двадцать рублей, – он скажет: какой пустяк, и ему станет скучно, и он начнет зевать, и я тоже вспомню время, когда слушал песни на ночь.

И будто колыбельная бабушкина… баюшкино… кино?

Не ложися на краю… у края на краю серый в сереньком придет…

By you… баю, баюшки, баю.

Да нет: АВ, АВ, АВ… может Эй-Би …Эй-Би… Эй-би… или Эй-Ви… Эй-Ви… Эй, Вы… кто там гавкает?

…Не гавкает, а разговаривает сказочный персонаж Пьеро.

Ну и типок, прости господи. Раскладушечно тонкой конструкции косточки у этого парубка. Прямо перья гусиные. Ну да, правильно, похоже: перо – Пьеро.

И не просто говорит, а также водит мелом по доске, выуживая из алфавита: Эй… Би… Си…

Бесы, что ли?

Как на ЕГЭ три варианта ответа?.. Что? Что?

В случае правильного ответа я смогу стать миллиардером? И я буду иметь возможность играть в одной песочнице с Романом Аркадьевичем?

Несмотря ни на какие форбсмажорные обстоятельства? И Дидье Дрогба сам изъявит желание провести процедуру прижатия рук? Это тот самый случай, когда при дворе Дрогба – на траве – дрова?

Итак: Эй.

А ты ничего не попутал, росчерк пера корявый? Когда ты вообще профилем-то стал?

Я вот сейчас тебя в анфас разверну, чтобы удобней было с размаху тебе врепить, чтобы ты на мир смотрел пристальней.

Что Вы, что Вы? Вы нас неправильно поняли: это первая буква английского алфавита.

Итак:

О ком Мальвина Светаева говорила: и руку жму, а не лижу? Не надо подсказки друга, я сам вам намекну, что это не пудель… и не лапу, а точно руку… хотя тоже был кучеряв.

Би…

Дак у тебя же вон написано: был. Совершенно правильно.

Был ли счастлив в детстве герой Великой Отечественной войны 1812 года знаменитый Буратион?

И помнит вся Россия про день БУРАТИНО.

И третий вариант: Си… не сссы, а си.

Как в первоначальном варианте называлась книга "Мертвые Буши", не очень известного в мировой литературе автора еще и "Карабаса Бульбы" и "Аудитора"?

"Шанель № 5" оттуда же. Правда, этот пятый размер, говорят, когда вещь стала известной, величился до каких-то уж совсем невероятных увеличин.

Но до каких точно, ни из одной бумаги переписчиков одного Самъ-Петербургского Департамента доподлинно неизвестно.

Да что за бред? Сон, что ли?

Да нет: АВ, АВ, АВ…

ЯВЬ… ЯВЬ… ЯВЬ…

Ну вот, уже возраст кладёт печать, неразборчиво расписываясь, что нет возможности прожить весь день в состоянии бодра. И надо же ведь как неожиданно подкрался туман.

Я-то был готов встретить сон, выпятив, как щит, одеяло и занеся за голову булавою подушку, прицепив простыню на плечи в виде пурпурной накидки.

А получилось внепланово как-то, или сверх… а может, просто мимо?

Семья наша переехала планово за длинным, в километры, рублём.

Рыбы ценных пород, дикие животные из сопредельных угодий, птицы разных конфессий не выказали никакого интереса.

Север стонал только комариным восторгом, когда наша семья высадилась в числе первых освоятелей просторов из уральского захолустья в сибирское, слегка потеснив коренастые народы Севера.

Жили мы в то время в двухэтажном брусовом доме на втором этаже в двухкомнатной квартире.

Клопяные кровохлёбы делали своё дело тихо, по ночам, и на моей шкуре они наставили прививок гораздо больше, чем мне как ребёнку было предписано медицинскими учреждениями.

Но и мы не оставались в долгу, чертя на стенах бордовым бордо клопячьего нутра.

Своё самостоятельное хозяйство, в пределах нашей семьи, вела около четырнадцати лет боярыня Марфа.

Так мы величали кошку длинношёрстной породы. Её окрас, конечно, не затмил бы кустодиевских красавиц, но выглядел достаточно богато. На её шерсти поиграли в пятнашки и ярко-рыжие, и белые, и коричневые с чёрными цвета, оставив место и розовому, правда, только на носу.

А рядом с ним были два удивительно убедительных глаза. И мне почему-то и сейчас представляются они с вопросительным выражением.

Может оттого, что сам я смотрел на жизнь с большим вниманием и как бы всё время задавал себе вопросы.

И она постоянно интересовалась: а когда мы заживем?

Заживём – увидим!

У неё-то в личном хозяйстве все было хорошо: рыбы – ВО, дичи – ВО.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Валентина Марковна Скляренко , Василий Григорьевич Ян , Василий Ян , Джон Мэн , Елена Семеновна Василевич , Роман Горбунов

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй
Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй

«Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй» — это очень веселая книга, содержащая цвет зарубежной и отечественной юмористической прозы 19–21 века.Тут есть замечательные произведения, созданные такими «королями смеха» как Аркадий Аверченко, Саша Черный, Влас Дорошевич, Антон Чехов, Илья Ильф, Джером Клапка Джером, О. Генри и др.◦Не менее веселыми и задорными, нежели у классиков, являются включенные в книгу рассказы современных авторов — Михаила Блехмана и Семена Каминского. Также в сборник вошли смешные истории от «серьезных» писателей, к примеру Федора Достоевского и Леонида Андреева, чьи юмористические произведения остались практически неизвестны современному читателю.Тематика книги очень разнообразна: она включает массу комических случаев, приключившихся с деятелями культуры и журналистами, детишками и барышнями, бандитами, военными и бизнесменами, а также с простыми скромными обывателями. Читатель вволю посмеется над потешными инструкциями и советами, обучающими его искусству рекламы, пения и воспитанию подрастающего поколения.

Вацлав Вацлавович Воровский , Всеволод Михайлович Гаршин , Ефим Давидович Зозуля , Михаил Блехман , Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Проза / Классическая проза / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
В круге первом
В круге первом

Во втором томе 30-томного Собрания сочинений печатается роман «В круге первом». В «Божественной комедии» Данте поместил в «круг первый», самый легкий круг Ада, античных мудрецов. У Солженицына заключенные инженеры и ученые свезены из разных лагерей в спецтюрьму – научно-исследовательский институт, прозванный «шарашкой», где разрабатывают секретную телефонию, государственный заказ. Плотное действие романа умещается всего в три декабрьских дня 1949 года и разворачивается, помимо «шарашки», в кабинете министра Госбезопасности, в студенческом общежитии, на даче Сталина, и на просторах Подмосковья, и на «приеме» в доме сталинского вельможи, и в арестных боксах Лубянки. Динамичный сюжет развивается вокруг поиска дипломата, выдавшего государственную тайну. Переплетение ярких характеров, недюжинных умов, любовная тяга к вольным сотрудницам института, споры и раздумья о судьбах России, о нравственной позиции и личном участии каждого в истории страны.А.И.Солженицын задумал роман в 1948–1949 гг., будучи заключенным в спецтюрьме в Марфино под Москвой. Начал писать в 1955-м, последнюю редакцию сделал в 1968-м, посвятил «друзьям по шарашке».

Александр Исаевич Солженицын

Проза / Историческая проза / Классическая проза / Русская классическая проза