Читаем Марина Цветаева. Письма 1924-1927 полностью

Передай мой искренний привет Вале [1625], Варечке [1626], милой Нине [1627], Л<идии> А<лександровне> [1628], Елене Адамовне [1629], Ане Калин [1630].

Пусть они не забывают меня. Поцелуй за меня Нинику особенно нежно {369}. Я любила ее до последней минуты.

Мою автобиографию [1631] (она у Е.А. Гедвилло) возьми себе, так же как нервийский и лозаннск<ий> альбомы, мой нервийский дневник и шкатулку с письмами.

Вале дай м<ой> дневник, когда я была у Дервиз (Ты его узнаешь, красный, написано «Ранние всходы».)

Мой настоящий дневник и оба томика моих стихов передай <зачеркнуто> Н<илен>деру [1632]. Выбери из м<оих> книг к<акую-><ни>б<удь> получше для Эльфочки {370} и передай ей ее с м<оим> нежным поцелуем. Дай бог ей счастья, моей Аните. Книжный шкаф со всеми книгами дарю Тебе. Книги из моей комнаты подели между Варечкой, Ниной, Валей и Н<иленде>ром. Нине дай пожалуйста Victor Hugo и <нрзб.> {371}. Н<иленде>ру и Варечке исторические о Наполеоне. Вале — что ей понравится. Я любила м<ои> книги, пусть и они их любят.

Милая Паршивка {372}.

<Зачеркнуто> я тебе сейчас пишу и не верю что смерть так близко. Но я не боюсь и не жалею. Нельзя вечно спать, лучше умереть.

Милая Паршивка, вспоминай обо мне весенними вечерами, на бульваре, у нас в зале, вспоминай меня чаще… И помни что всегда я бы Тебя поняла если была бы с Тобой.

Ты сейчас катаешься на катке, а завтра в это время я буду уже чем-то чужим, нежившим, страшной вещью. Но все-таки лучше смерть чем жизнь не такая какой я хочу {373}<.>

«Ah, mieux vaut répartir aussitôt qu'on arrive que de voir te faner, nouveauté de la rive» {374} [1633]

Ухожу без надежды увидеть маму, Г<ерцога> Р<ейхштадтского> [1635], Марию Башкирцеву [1636]. Но если все-таки увижу их, расскажу им о Тебе.

Будь счастливой, Паршивка, никогда не медли, не считай, не жалей, не раздумывай.

Ну пусть потом расплата! А то и Тебя замучит роковое слово «поздно».

Ну, кончаю. Мы не целовались с Тобой должно быть лет 7 или около этого. Целую Тебя… мысленно, очень крепко.

Целую также милую Валечку, Варечку, <нрзб.> {376} Нину, Лид<ию> Ал<ександровну>, Аню Калин, всех кого я любила. Другое письмо пишу Н<иленде>ру, умоляю Тебя, сделай чтобы он его получил.

Лучше всего передай его ему сама, из рук в руки.

Проведем еще вместе с Тобою. Дай бог чтобы не оборвалась веревка. А то недовеситься… Гадость, верно? {377}

Исполни пожалуйста все мои порученья и не поминай меня лихом.

МЦ.

(Мамонтиха, Проход<им>ка.) {378}

Дай, пожалуйста от меня Н<иленде>ру гравюру с сыном Наполеона где написано «Les destins et les flots sont changeants» {379} [1637]. Нине, если только она захочет взять — дай «Девочку цвета луны» {380} [1638]. Мою куклу передай летом Кланечке [1639], она ей так нравилась.

Гравюры раздели с Андреем [1640]. Мне бы хотелось, что<бы> моя Сарра Бернар {381} [1641] в раме досталась Эллису [1642], но если Тебе ее хочется — оставь себе. Выучись играть <зачеркнуто> «Никакой огонь, никакой уголь» {382} [1643] и пой ее по вечерам в зале {383}<.> Милая Асенька, не сердись за все эти порученья. Я тебя очень люблю Паршивка! Но Ты долго не возвращаешься с катка.

Где-то меня похоронят? Хорошо бы рядом с мамой, но это, кажется, невозможно?

Запиши, если помнишь мои стихи «Памяти Нины Джаваха» [1644], а то их у меня нет в тетради.

Не скандаль особенно с папой, все-таки жалко его, хотя он нас совсем не понимает.

Привет Андрею, Валерии [1645]. Расскажи что найдешь нужным обо мне Дракконе {384}, Вале, Ане Калин, Нинике…

Окончательно до-свидания, вернее, прощай.

Не забывай—ай меня. Асенька, не бойся! Я ведь Тебя любила! Твоя сестра МЦ. {385}


Печ. как самостоятельный текст М.И. Цветаевой впервые. Публ., подгот. текста и коммент. Е.И. Лубянниковой.


Оригинал письма не сохранился. Текст реконструирован по рукописной копии А.И. Цветаевой (РГАЛИ. Ф. 1334, on. 1, ед. хр. 832, л. 25–26 об.). Полный текст этой копии с подробной историей ее создания, находки и расшифровки см. в нашей публикации: Лубянникова Е.И. О прощальном письме Марины Цветаевой 1910 года // «Дух — мой сподвижник И дух — мой вожатый». Материалы Шестых Международных Цветаевских чтений: К 120-летию со дня рождения М.И. Цветаевой. Елабуга: ЕГПУ, 1913 (в печати).

Это прощальное письмо-завещание, адресованное младшей сестре, было написано 17-летней М. Цветаевой, решившей покончить с собой из-за несчастной любви к В.О. Нилендеру, которому она незадолго перед тем отказала в замужестве.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цветаева, Марина. Письма

Похожие книги

Том 4. Материалы к биографиям. Восприятие и оценка жизни и трудов
Том 4. Материалы к биографиям. Восприятие и оценка жизни и трудов

Перед читателем полное собрание сочинений братьев-славянофилов Ивана и Петра Киреевских. Философское, историко-публицистическое, литературно-критическое и художественное наследие двух выдающихся деятелей русской культуры первой половины XIX века. И. В. Киреевский положил начало самобытной отечественной философии, основанной на живой православной вере и опыте восточно-христианской аскетики. П. В. Киреевский прославился как фольклорист и собиратель русских народных песен.Адресуется специалистам в области отечественной духовной культуры и самому широкому кругу читателей, интересующихся историей России.

Александр Сергеевич Пушкин , Алексей Степанович Хомяков , Василий Андреевич Жуковский , Владимир Иванович Даль , Дмитрий Иванович Писарев

Эпистолярная проза
Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.
Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.

П. А. Флоренского часто называют «русский Леонардо да Винчи». Трудно перечислить все отрасли деятельности, в развитие которых он внес свой вклад. Это математика, физика, философия, богословие, биология, геология, иконография, электроника, эстетика, археология, этнография, филология, агиография, музейное дело, не считая поэзии и прозы. Более того, Флоренский сделал многое, чтобы на основе постижения этих наук выработать всеобщее мировоззрение. В этой области он сделал такие открытия и получил такие результаты, важность которых была оценена только недавно (например, в кибернетике, семиотике, физике античастиц). Он сам писал, что его труды будут востребованы не ранее, чем через 50 лет.Письма-послания — один из древнейших жанров литературы. Из писем, найденных при раскопках древних государств, мы узнаем об ушедших цивилизациях и ее людях, послания апостолов составляют часть Священного писания. Письма к семье из лагерей 1933–1937 гг. можно рассматривать как последний этап творчества священника Павла Флоренского. В них он передает накопленное знание своим детям, а через них — всем людям, и главное направление их мысли — род, семья как носитель вечности, как главная единица человеческого общества. В этих посланиях средоточием всех переживаний становится семья, а точнее, триединство личности, семьи и рода. Личности оформленной, неповторимой, но в то же время тысячами нитей связанной со своим родом, а через него — с Вечностью, ибо «прошлое не прошло». В семье род обретает равновесие оформленных личностей, неслиянных и нераздельных, в семье происходит передача опыта рода от родителей к детям, дабы те «не выпали из пазов времени». Письма 1933–1937 гг. образуют цельное произведение, которое можно назвать генодицея — оправдание рода, семьи. Противостоять хаосу можно лишь утверждением личности, вбирающей в себя опыт своего рода, внимающей ему, и в этом важнейшее звено — получение опыта от родителей детьми.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Павел Александрович Флоренский

Эпистолярная проза