Читаем Марко Поло полностью

В дальнейшем среднеазиатское купечество играло в монгольских государствах очень крупную роль, снабжая ханов средствами и поставляя Золотой Орде баскаков и откупщиков для сбора русской дани, а китайским монголам — министров финансов, администраторов и дельцов.

Не последнюю роль в удаче завоевательных походов монгольских феодалов сыграла созданная Чингиз-ханом армия, построенная по принципу феодального ополчения. На западно-европейцев и русских того времени огромное впечатление производил ужас, который сопутствовал монгольскому вторжению, неожиданное появление и столь же внезапное исчезновение монгольских армий, страшные опустошения, разграбления и сожжения цветущих городов, необычный вид монгольских всадников. Растерянным свидетелям монгольских нашествий обычно казалось, что монгольские армии «подобны саранче», что это бесформенная масса людей, идущая куда глаза глядят и уничтожающая все на своем пути.

На самом деле это было, конечно, не так. Монгольская армия была правильно организована. Основой монгольских войск была очень подвижная конница, проходившая с исключительной быстротой огромные пространства. При осаде городов монголы прибегали к содействию среднеазиатских и китайских мастеров осадного дела. Монголы широко использовали боевую силу покоренных народов; в XIII–XIV веках, в Китае в составе монгольских армий были крупные отряды аланов, уйгуров, русских. При осаде венгерских городов в первых рядах шли половецкие, русские и польские пленные и лишь затем выступали чисто монгольские части. В монгольской армии существовал своеобразный «генеральный штаб», тщательно разрабатывалась стратегия предстоящих кампаний. Итак, политическая обстановка, сложившаяся в Азии и Восточной Европе, благоприятствовала монголам. Поддержка крупного купечества обеспечила великолепно организованной монгольской армии победу.

Монголы во второй половине XIII века создали невиданное по своим размерам в истории военно-феодальное государство.

К этому времени подвластные монгольским великим ханам земли простирались от Средиземного моря до Тихого океана и от Лены до Индийского океана. Им были подвластны нынешние Месопотамия, Армения, Грузия, Иран, Афганистан, Русь, Крым, Поволжье, Казахстан, Западная Сибирь, Средняя Азия, Восточный Туркестан, Монголия, Забайкалье, Манчжурия, Китай, Тибет и Бирма.

Купцы Средней Азии и Западной Европы широко использовали те возможности для расширения торговли, которые открывали крестовые походы и образование мировой Монгольской империи. Купцы проникали в дальние земли, вновь завязывали давно прерванные торговые связи, восстанавливали заброшенные караванные пути.

Такими купцами были и венецианцы — братья Поло. В настоящее время трудно определить, что было основной специальностью братьев Поло. Сам Марко Поло всюду, где представится случай, говорит о производстве и торговле драгоценными камнями, ревенем и хлопчатобумажными тканями, и, надо думать, что эти товары особенно интересовали семью Поло. Надо, однако, иметь в виду, что если среди ремесленников западно-европейских и восточных городов той эпохи существовало большое разделение труда и специальность была наследственной, то среди торговцев такая специализация отсутствовала. Работорговец в зависимости от обстоятельств легко превращался в торговца драгоценностями, скупщика пряностей, торговца хлопчатобумажными тканями и т. д.

Несомненно, что в дальнем пути на Восток братья Поло не очень тщательно придерживались раз навсегда установленного ассортимента товаров.

Во всяком случае, очевидно, что братья Поло не были новичками в торговле с Востоком. Сам Марко Поло пишет, что в 1260 году «братья Поло — отец Марко и Матвей Поло — находились в Константинополе, пришли они с товарами из Венеции».

Как мы говорили выше, в это время венецианцы играли большую роль в Латинской империи, пользуясь там огромными привилегиями и фактически монополизировав внешнюю торговлю Латинской империи.

В Крыму, куда отправились братья Поло из Константинополя, в принадлежащем венецианцам городе Солдайе (нынешний Судак), их старшему брату, Марко старшему, принадлежал дом, и он, несомненно, был связан с той крупной торговлей, которую вели генуэзские и венецианские фактории Крыма со стенной полосой, Русью и Поволжьем.

Надо думать, что братья Поло не были очень богатыми, крупными купцами. Правда, в средние века сами купцы, в том числе и богатые, ездили по ярмаркам. Но в XIII веке обычно это поручалось доверенным, особенно, когда речь шла о дальней поездке в неизвестные страны. Вероятно, младшие братья Поло были дельцами средней руки, возможно, что они торговали частично на чужие средства, может быть, на средства более богатого старшего брата.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное