Читаем Мифы и загадки Октября 1917 года полностью

Объективные трудности Красной Армии усугубились, по мнению Сталина и Дзержинского, неумелыми действиями местных властей. Слова «расхлябанность», «небрежность», «отсутствие всякого порядка», «беспримерная растерянность», «бесхозяйственность», «нераспорядительность», «безответственность» постоянно использовались авторами отчета для характеристики деятельности советских и партийных властей. Сталин и Дзержинский прилагали подробные перечни имущества, которое оказалось брошенным при «беспорядочном бегстве» из Перми.

Из событий, случившихся в Перми, Сталин и Дзержинский делали выводы, выходившие за пределы этого участка Восточного фронта. Их рекомендации исходили из необходимости учитывать реалии Гражданской войны. Поскольку Гражданская война была следствием борьбы классов, то члены комиссии подчеркивали, что «необходимо… строго делить мобилизованных на имущих (ненадежные) и малоимущие (единственно пригодные для красноармейской службы)».

Исходя из того, что дезертирство стало настоящим бедствием противоборствующих армий, в отчете комиссии предлагалось создать дополнительные трудности для потенциальных дезертиров: «мобилизованных в одном месте отправлять для формирование в другое место, причем отправка на фронт должна происходить по правилу: «чем дальше от родной губернии, тем лучше (отказ от территориального принципа)».

Члены комиссии обращали внимание на неприменимость организационного построения армии, пригодного для позиционной войны. Они требовали «отказаться от формирования больших, громоздких единиц (дивизий), непригодных для условий гражданской войны, объявив предельной единицей бригаду. В то же время, отвергая «партизанщину» они подчеркивали: «Необходимо установить на фронтах… режим строгой централизации действий отдельных армий вокруг осуществления определенной, серьезно обдуманной стратегической директивы».

Одновременно Сталин и Дзержинский резко критиковали Главный штаб и окрвоеннкомитеты за их формальное отношение к нуждам солдат. Уроки «пермской катастрофы», которая разразилась неожиданно для центра, вызвали у Сталина и Дзержинского скептическое отношение к донесениям, которые направляло военное руководство в Москву. Они требовали, чтобы штабы армии имели «своих представителей – агентов, регулярно информирующих штарм (штаб армии. – Прим. авт.) и зорко следящих за точным исполнением приказов командарма. Только таким образом можно обеспечить связь штаба с армией, ликвидировать фактическую автономию дивизий и бригад и наладить централизацию армии».

Оба члена комиссии указывали на низкий уровень политической работы среди солдат и атаковали Всероссийское бюро комиссаров, которое, по их словам, снабжало «формирующиеся в тылу части мальчишками, а не комиссарами… совершенно неспособными к постановке сколько-нибудь удовлетворительной политической работы». Они писали, что «слово «комиссар» превратилось в ругательную кличку». Сталин и Дзержинский предлагали «обновить состав Всероссийского бюро комиссаров».

Критике подверглась и деятельность Реввоенсовета Республики. Сталин и Дзержинский утверждали, что одной из причин «пермской катастрофы» является политика Реввоенсовета, который расстраивал «своими так называемыми директивами и приказами дело управления фронтом и армиями». Не называя Троцкого по фамилии, они сурово изрекали: «Без соответствующих изменений в военном центре нет гарантий на успех на фронтах».

Рекомендации Сталина и Дзержинского предусматривали не только организационные меры и кадровые перемещения, но и перемены в социальной политике Советского правительства. Они отмечали, что «революционный декрет о чрезвычайном налоге… превратился в опаснейшее оружие в руках кулаков для сплочения деревни против Советской власти», стал «одной из главных причин, если не единственно главной причиной, контрреволюционизирования деревни».

Авторы отчета считали, что некоторые ошибки, допущенные в первый год существования Советской власти, являются следствием неопытности партийных работников. Они ставили вопрос о необходимости осмысления опыта советского строительства и создания с этой целью особого государственного «аппарата»: «Таким аппаратом должна быть упомянутая выше контрольно-ревизионная комиссия при Совете Обороны». По их предложению был создан Военно-революционный комитет Вятской губернии, в состав которого вошли представители местных властей. Сталин настаивал, что в руках комитета «должны быть сосредоточены все силы, все средства». Подобные же органы были созданы в уездах. Под руководством Сталина и Дзержинского за три-четыре недели была проведена «чистка и тщательная фильтровка бригады», прибывшей на Восточный фронт.

Подобные анализы военных действий Красной Армии, особенно в случае ее поражений, глубокие выводы, сделанные на основе таких анализов, позволяли исправить ошибки в руководстве вооруженными силами, чтобы предотвратить их повторение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Андрей Юрьевич Низовский , Николай Николаевич Непомнящий

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии