Въ прежнее время, около Спасской башни былъ вырытъ ровъ, чрезъ который въ Китай городъ велъ каменный мостъ, именовавшійся Спасскимъ. Въ послѣдствіи ровъ засыпанъ, и мостъ уничтоженъ; но до насъ дошли историческія свѣдѣнія, доказывающія, что Спасскій мостъ былъ также средоточіемъ извѣстныхъ сословій и особаго рода промышленности: здѣсь собирались нищіе и безмѣстное духовенство, продавались какія-то тетради, листы, столбцы и лубочныя картинки. Собиравшіеся на мосту нищіе, калеки и слѣпые обыкновенно сопровождали прошеніе милостыни пѣніемъ священныхъ стиховъ про бѣднаго Лазаря и Алексѣя Божьяго человѣка, какъ это до сихъ норъ дѣлается на многихъ малороссійскихъ ярмаркахъ. Ихъ жалобное пѣніе, сопровождаемое музыкою на гусляхъ, у столь знаменательнаго для русской народной гордости памятника, доставляло имъ обильныя подаянія, такъ что Спасскіе нищіе были едва ли не богаче Васильевскихъ **)
. Наше прежнее духовенство не отличалось ни особенною нравственностію, ни образованностію, особенно тѣ многочисленные попы, дьяки и пр., которые почему-либо оставались безъ мѣста. Вѣроятно эти безмѣстные и вызвали прежде всего духовный регламентъ (сводъ законовъ для духовенства) Петра Великаго, въ которомъ между прочимъ употребляются такія выраженія: «да хранятъ на себѣ благообразіе», «да не бодрствуютъ на бояхъ кулачныхъ», «да не валяются пьяни по улицамъ и т. д. Всѣ эти постановленія, касающіяся духовенства, равно какъ и самыя безобразія, производившіяся безмѣстнымъ духовенствомъ на Спасскомъ мосту, мы приведи здѣсь съ единственною цѣлью: съ— цѣлью показать, насколько наше теперешнее духовенство подвинулось съ тѣхъ поръ впередъ и въ образованности, и въ нравственности, такъ какъ оно пользуется теперь глубокимъ уваженіемъ не только во всемъ русскомъ народѣ, но даже и между иностранцами? Кто знаетъ католическихъ ксендзовъ и долженъ имѣть съ ними дѣло, тотъ, можетъ быть, не разъ завидовалъ православнымъ и сколько римскихъ католиковъ желало бы имѣть у себя такихъ уважаемыхъ пастырей, какими богата православная русская церковь!Красная площадь (въ Москв
Красная, площадь въ московскомъ Китай-городѣ, простирается въ длину на 135, въ ширину на 75 саж. По сторонамъ ея: расположены съ сѣвера — зданіе губернскихъ присутственныхъ мѣстъ, съ востока — лицевой фасадъ гостинаго двора, съ юга — Покровскій соборъ, извѣстный подъ названіемъ Василія Блаженнаго, а съ запада— восточная кремлевская стѣна. По срединѣ площади возвышается колоссальный памятникъ въ честь князя Пожарскаго и гражданина Минина.
На площадь эту ведутъ трое воротъ: изъ Кремля— Спасскія и Никольскія, изъ Бѣлаго-города — Воскресенскія, съ Иверскою при нихъ часовнею.
Въ 1300 году, при московскомъ князѣ Даніилѣ Александровичѣ, Красная площадь отдѣлена была отъ Кремля деревяннымъ палисадомъ, который сгорѣлъ; Іоаннъ Калита вмѣсто него обнесъ кремль дубовою стѣною, а Дмитрій Донской обвелъ кремль каменною стѣною; полагаютъ, что отъ краснаго цвѣта кирпичей этой стѣны и площадь назвалась красною. Съ этого мѣста начинается Китай, т. е. Средній городъ. (Замѣтимъ, что Китай есть въ Кіевѣ, во Владимірѣ, въ Костромѣ и въ Подольскомъ воеводствѣ, родинѣ вел. кн. Елены Глинской, которая была строительницей въ Москвѣ Китая-города). Площадь въ самомъ Кремлѣ, между Грановитою Палатою и Иваномъ Великимъ, Успенскимъ и Архангельскимъ соборами, также называется Красною по красивой обстановкѣ своей и по значенію; тамъ, въ дни коронацій императрицъ: Елисаветы и Екатерины II, на этомъ тѣсномъ пространствѣ роскошно угощали москвитянъ; иначе называютъ ее царскою, а площадь между арсеналомъ и сенатомъ — императорскою.
Отъ Никольскихъ воротъ до Спасскихъ, на пространствѣ 91 саж., находилось 15 церквей съ кладбищами *)
, ихъ въ разныя древнѣйшія времена сооружали родственники, по обѣтамъ, на поминовеніе душъ своихъ родичей, казненныхъ на этой мѣстности, близь Кремлевскаго рва; по этому и церкви на этомъ урочищѣ назывались «на крови». Многія изъ нихъ, при Екатеринѣ II, перенесены въ Покровскій соборъ и составили придѣлы къ храму Василія Блаженнаго.