При разработке таких машин мы видим своего рода конвергентную эволюцию. «Викинг» странным образом похож на какое-то очень большое, небрежно сконструированное насекомое. Он еще не может ходить и определенно не способен к самовоспроизводству. Но у него есть экзоскелет, целый ряд органов чувств, как у насекомого, и он примерно так же разумен, как стрекоза. Но у «Викинга» есть преимущество, которого нет у насекомых: он может время от времени, задавая вопросы своим операторам на Земле, перенимать разум человека – операторы могут перепрограммировать компьютер «Викинга» на основе решений, которые они принимают.
По мере того как сфера искусственного интеллекта будет развиваться и все больше далеких объектов в Солнечной системе будут доступны для исследования, мы увидим разработку все более сложных бортовых компьютеров, медленно взбирающихся по филогенетическому дереву от разума насекомого до разума крокодила, затем до разума белки и – в не очень отдаленном будущем, я думаю – до разума собаки. В любом полете к внешней Солнечной системе должен быть компьютер, способный определить, работает ли он должным образом. Нет возможности послать за ремонтным мастером. Машина должна быть способна чувствовать, когда она заболела, и квалифицированно лечить собственные болезни. Нужен компьютер, способный или починить, или заменить вышедший из строя компьютер, датчик или структурные компоненты. Такой компьютер, который был назван СТРК (самотестирующийся и -ремонтирующийся компьютер), находится в разработке. Он использует резервные компоненты, как в биологии: у нас два легких и две почки отчасти потому, что каждая является подстраховкой в случае потери другой. Но у компьютера может быть гораздо больше резервов, чем у человека, у которого, например, только одна голова и одно сердце.
Поскольку вес имеет критическое значение при исследовании глубокого космоса, нужно будет интенсивно продолжать миниатюризацию искусственного интеллекта. Очевидно, что уже есть впечатляющие результаты миниатюризации: электронные лампы заменили на транзисторы, схемы с проводным монтажом – на печатные схемы и компьютерные системы в целом – на кремниевую микросхему. Сегодня схему, которая была размером с радиоприемник 1930-х гг., можно напечатать на кончике иголки. Если разумные машины будут использоваться в добыче полезных ископаемых на Земле и в космических исследованиях, в скором времени в производство поступят и домашние роботы. В отличие от классических антропоидных роботов из научной фантастики, такие машины не должны выглядеть более человечно, чем пылесос. Они будут специализироваться по своим функциям. Но существует множество общих задач – от смешивания коктейлей до мытья полов, – которые требуют очень ограниченного ряда интеллектуальных способностей, хотя и недюжинной выносливости и терпения. Многозадачные ходячие домашние роботы, которые выполняют работу по дому так же, как английский дворецкий XIX столетия, вероятно, появятся только через много десятилетий. Но более специализированные машины, приспособленные под определенную хозяйственную функцию, вероятно, уже не за горами.
Можно представить и много других общественных задач и главных функций повседневной жизни, которые выполняют разумные машины. К началу 1970-х гг. мусорщики в Анкоридже, штат Аляска, и других городах добились соглашения о заработной плате, гарантирующего им зарплату около 20 000 долларов в год. Возможно, только экономические причины заставят проектировать мусороуборочные автоматы. Чтобы использование домашних и общественных роботов приносило пользу обществу, нужно, конечно, организовать эффективное обеспечение занятости тех людей, которых заменят роботы, но через поколение это не должно быть слишком сложно – особенно если провести реформы образования. Люди любят учиться.