Теперь на Окинаве находится не только один из самых больших документальных фондов по «Делу Зорге», но и собрание живописи его помощника Мияги Ётоку, его орден и даже мемориальная доска, представить установку подобную которой в Токио практически невозможно. К сожалению, у нас нет ни каталога той выставки, ни описания фонда. А ведь некоторые работы своего агента Зорге хранил у себя дома и высоко ценил их. Об этом тоже вспоминала Исии Ханако:
«В столовой висела картина в стеклянной раме. Эта пастель производила необыкновенно сильное впечатление: на кобальтово-синем фоне резко выделялась алая целозия серебристая. Она словно какой-то необъяснимой силой завладевала сердцем смотрящего. Прищурив глаза, Зорге посмотрел на эту картину и сказал:
– Меланхолия. Я очень люблю. Вы любите? Да, вы, как и я, любите. Вместе любить лучше всего, – он пригласил меня подняться на второй этаж и показал мне три картинки, нарисованных на специальной рисовальной бумаге.
На них были изображены эпизоды из жизни детей, и это были очень радостные рисунки.
– Зорге, это кто нарисовал?
– Японский молодой человек. Мой друг. У молодого человека нет папы и мамы. Здоровье слабое. Бедный. Несчастный человек. Картины всегда немного меланхоличные. Вы любите меланхолию? Да, хорошо. Это красиво. Человек если понимает меланхолию, правда красоту понимает. Вы умная девушка, хорошо. Думаю, правда хорошо.
– У вас много японских друзей?
– Нет, много нет. Хороших друзей один-два человека. Хорошие друзья – трудно. Вы самый лучший друг…
Уже намного позже я узнала, что это были картины художника Мияги Ётоку…»
Где-то
Рихард Зорге был гражданином Германии, и, естественно, часть материалов, связанных с его биографией, находится в этой стране. Однако ситуация с местами их хранения еще более непрозрачная, чем в Японии, и мы можем только предполагать, что тот или иной предмет, документ или фотография могут находиться в Европе. Исключением, пожалуй, является небольшой письменный стол журналиста Бранко Вукелича, за которым работал и сам агент «Жиголо», и его шеф – «Рамзай». В 2020 году младший сын Вукелича, родившийся в Токио, но живущий в Сербии, переправил стол из Токио в Белград, и теперь реликвия хранится в библиотеке «Адлигат».
Широко известно (и продается одним из фотобанков за немалые деньги) фото Зорге в японском халате юката и с повязкой тэнугуи на голове. Происхождение фото не указывается, хотя это совсем не секрет. Снимок сделал чиновник германского Национального олимпийского комитета Вернер Клингеберг, когда осенью 1937 года посещал Японию в связи с планировавшимися на 1940 год Олимпийскими играми в Токио. Там он близко познакомился с будущим немецким послом и генералом Ойгеном Оттом и его «тенью» – журналистом Рихардом Зорге. Известно даже, где и когда сделана фотография: октябрь 1937 года, летний домик посла Германии в пригороде Дзуси – поселке Акия на полуострове Миура.
Под фото две подписи. Одна, видимо более ранняя, поясняет, кто на нем запечатлен: «
Гораздо больше известен чрезвычайно атмосферный снимок, сделанный 6 апреля 1935 года в порту Иокогамы, когда в Японию впервые прибыл император Маньчжоу-Го Айсиньгёро Пуи. Зорге там на заднем плане, как будто выглядывает из-за кулисы, видно его плохо, но тут как раз нет сомнений в том, что это он. Точно так же четко идентифицируется посол Германии в Токио Герберт фон Дирксен, пожимающий руку… кому?
Легенда, прилагающаяся к снимку, отсылает к работе уважаемого японоведа – Юрия Владимировича Георгиева. Согласно ей, Зорге, во-первых, прислал это фото в Москву в 1937 году с сообщением о том, что на первом плане с Дирксеном – император Японии Хирохито.